Мертвое

Клятый красный бант снова возвращал меня туда, куда я не хотел даже заглядывать. В мои поганые воспоминания, перепачканные погаными желаниями.

А ведь надо собраться. Найти того, кто повязал на дверь дома Левингстонов бордовую ленту, и того, кто прислал букет. Надо разобраться, только делать это лучше на трезвую голову. Сейчас она у меня почти ничего не соображает.

Хотя и так ясно, что это проделки идиотов-новобранцев. Все дело в списке Двери, Иви права, и я это понимаю. Наставники прекрасно знают о подлостях, которые творят ученики.

Но предпочитают не вмешиваться. Это все тоже часть испытания. Каждый должен научиться выживать, дружить или враждовать. Каждый должен оценить, чего стоит он, а чего — другие.

В пору моего обучения каверзы были гораздо серьезнее и опаснее, так что пока это лишь цветочки. Но букет и бант — это оскорбление семьи Левингстонов, и я найду зачинщика. И подробно объясню ему, что означает наш семейный девиз: «Выше жизни».

Честь. Честь Левингстонов.

Правда, пока наглец, затеявший со мной игру, лидировал.

Садовник ничего не знает, записка испарилась, и никто не видел человека, повязавшего на дверь красный бант.

Но я все равно его найду!

Положил на стол монеты и пошел к выходу.

— Выспись, как следует, Стит! — крикнул на прощание Лаверн.

За стенами «Норы» было влажно и холодно. Подняв воротник куртки, я двинулся вдоль улицы, вдыхая сырой можжевеловый запах и горькую соль Взморья. Ноги вязли в прибрежном песке — «Волчья нора» находилась в стороне от всех приличных заведений острова.

Свернул на пустую улицу, ведущую к Вестхольду. Тротуар плавал в цепочке желтых кругов от фонарей. Свет-тень, тень-свет… Я предпочитал тень.

Темный силуэт проскользнул у стены моего дома. Инстинкт сработал раньше, чем разум. Я оказался возле нарушителя одним движением, прижал его к камням, сжал шею. И отшатнулся.

— Ливентия? Что ты здесь делаешь?

Девушка судорожно хватала воздух, и мне стало не по себе. Склирз! Осталось только придушить девчонку! Ты точно спятил, каратель.

— Февр Стит… — Она дышала все так же учащенно.

В распахнутой накидке, отороченной рыжей лисой, вздымалась пышная грудь. — Я лишь хотела узнать у Иви задание. Я была невнимательна на уроке, простите… Но ваши окна уже темные, я забыла о времени… Извините меня!

— Это ты извини, — грубовато бросил я. Посмотрел на окна — и правда, темно. Но стоит ли верить девчонке? И расстегнул браслет, вслушиваясь в ее эмоции."

"Испуг. Растерянность. Фальшь — в чем-то она все-таки соврала.