Мертвое

— Всем покинуть двор! Вернитесь в замок! Живо! — крикнул незнакомый мне февр. — Вернитесь в замок!

Остальные февры четко и слаженно оттеснили ничего не понимающую толпу к ступеням. Двое подняли ладони, и между ними натянулась призрачная голубоватая паутина. Миг — и она налилась темнотой и натянулась куполом, закрывая небо и облачные миражи.

Блеснула сталь идаров и мечей. За пределами видимости, где-то наверху, тяжело прозвучали выстрелы из револьверов.

Таща за собой Ливентию и Меланию, я добралась до Кристиана.

— Что происходит?

— Зайдите внутрь, Иви. Живо!

— Но…

— Не спорь!

Не объясняя, он запихнул меня в коридор Вестхольда, а сам снова выбежал наружу. Несколько февров споро распределили людей по комнатам и запечатали выход. Я оказалась в пустой лекторной, рядом встревоженно озирались Мелания, Ливентия и, по обыкновению, — Ринг. А вот Итана мы потеряли в толпе.

— Один из февров сказал «проклятая тварь», — прошептала послушница, с опаской оглядываясь на узкие окна замка.

— Не знаю, — нахмурилась я. — Не переживай, снаружи целая армия февров.

— А с вами — я! — Ринг сжал свои огромные кулаки."

"— Еще неизвестно, где опаснее, там или здесь, с тобой, — презрительно протянула Ливентия. — Не думай, что стал одним из нас, каторжник.

— Я не каторжник! Я сын каторжника!

— Еще хуже. Может, ты только и ждешь случая, чтобы нас всех передушить.

— Твою белую шейку я свернул бы с удовольствием, Конфетка! — оскалился Ринг.

— Не смей назвать меня своими нелепыми кличками! — взвизгнула Ливентия.

Мелания попыталась вмешаться в их ссору, но безуспешно. Я же отошла к окну и осторожно выглянула наружу С моего угла виднелась стена, часть внутреннего двора и… длинная крылатая тень, скользнувшая по брусчатке.

Ужас сжал сердце, и я отшатнулась. Потерла покрытый испариной лоб. Что это было? Может, лишь очередной облачный мираж? Силуэт какого-нибудь памятника? Тогда почему внизу столько февров и звучат выстрелы?

Хотела снова высунуться, чтобы увидеть больше, но тут что-то щелкнуло, и все окна закрылись толстыми деревянными ставнями.

— Ух ты! — восхитился Ринг, щелкнув пальцем по черным створкам в окне. — Непробиваемые! Работа двери-аса, не иначе! Да этот замок настоящая крепость!

Ливентия выразительно закатила глаза и присела на край стола, изящно расправив жесткий мундир.