Мертвые хризантемы

– О ней я не хочу говорить вовсе, – отрезала Кику, но Полина от Кучерова знала, что она навещает подругу в изоляторе, носит ей передачи и даже наняла адвоката, от которого Людмила в конце концов все равно отказалась.

Она повернулась и пошла к вокзалу мелкой семенящей походкой. Полина проводила ее взглядом и вошла в вагон, положила букет на столик и повторила негромко:

– Прощай другим, но не прощай себе.

Поезд медленно тронулся, вокзал поплыл, оставаясь где-то позади.

И наверняка – новое дело.