Мертвый сезон

Бармен, он вроде доктора, – с большим знанием дела заявил клиент и принялся неумело, но очень решительно натягивать маску.

Инструктор помог ему, испытав огромное облегчение, когда этот тип взял наконец в рот загубник и лишился, таким образом, возможности нести ахинею. Заговорщицки подмигнув инструктору сквозь прозрачное стекло маски, клиент начал неуклюже спускаться в бассейн по металлической лесенке. Когда вода дошла ему до пояса, он, позабыв о только что полученных наставлениях – вернее, попросту на них наплевав, – разжал ладони и лихо опрокинулся в бассейн спиной, как это часто делают аквалангисты на телеэкране, ныряя с борта корабля.

Тяжелые брызги фонтаном взлетели в воздух и с шумом упали обратно в бассейн. Поднятая падением волна несколько раз плеснула в кафельные борта и, обессилев, успокоилась, оставив на поверхности только беспорядочную рябь, которая весело поблескивала в проникавших через прозрачный купол солнечных лучах. Сквозь мешанину световых бликов было видно, как аквалангист неуклюже ворочается под водой, пытаясь перевернуться на живот.

Сверху он напоминал искалеченную лягушку.

Пользуясь тем, что клиент его не слышит, инструктор длинно, прочувствованно и очень громко выругался матом. Затем он стер с лица упавшие на него случайные брызги и повернулся к бассейну спиной – наблюдать за бултыханием в "лягушатнике" набитого деньгами придурка ему совсем не хотелось. Что с ним может случиться? Да ровным счетом ничего! Недаром же говорят, что Бог хранит дураков и пьяниц.

А тут и то и другое и, как говорится, в одном флаконе...

В дверях, посмеиваясь, стоял охранник. В каждой руке у него было по откупоренной бутылке пива. Инструктор с удовлетворением отметил про себя, что пиво баварское и что темно-коричневое стекло густо запотело. Пиво – это хорошо, хотя с гораздо большим удовольствием он сейчас выпил бы обыкновенной водки. Инструктор не знал, чем конкретно его так достал беспокойный клиент, но зато наверняка знал, что достали его крепко – так, как уже давно не доставали.

Может, даже никогда. Наверное, фокус тут заключался в уникальном сочетании привычек и манер, более всего раздражавших инструктора. Когда в целом нормальный, симпатичный тебе и, главное, стоящий человек имеет дурную привычку сморкаться в два пальца, это неприятно, но терпимо – пережить можно. Но если в человеке гармонично сочетается ВСЕ, что тебе ненавистно в людях, – это полный абзац. От такого человека надлежит держаться подальше.