Мертвый кролик, живой кролик

 – Как они могли узнать об этом в феврале, если Нина каждый месяц переводит алименты на детей?"

"За спинами у сыщиков посигналили. Они отошли, пропуская машину. За это время Илюшин успел понять, что произошло: Нина хотела произвести на своего скрипача хорошее впечатление и обманула его.

– Мне жаль вас разочаровывать, Арсений… – начал Макар.

– И потом, письмо! – взволнованно перебил Рутберг. – Ведь она отправила письмо, ее семья была прекрасно осведомлена о том, что с ней случилось. Вы же не думаете, что все эти годы Нина держала их в неведении? Это было бы исключительно жестоко!

– Что еще за письмо… – оторопев, начал Сергей.

– О том, что она жива, – удивленно отозвался скрипач. – Простите, неужели вы об этом не знали? Но как же… Выходит, Нина вам об этом не рассказала?

– Арсений, нам нужно срочно увидеться, – сказал Макар.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Они встретились в офисе Ратманского, в кабинете с зелеными стенами и библиотечной лампой. Секретарша строго взглянула на Макара, будто предупреждая: «Не доводи его».

– Что за ерунда с письмом? – спросил он, поздоровавшись.

– Это вы нам объясните, Константин Михайлович. – Макар опустился в кресло. – Нина не обмолвилась о нем ни единым словом.

Скрипач присел на краешке дивана, зажал длинные руки между колен.

– Должно быть, она сочла, что это очевидно, – неловко проговорил он.

– Разумеется, очевидно! – отрезал Ратманский, с шумом выдвинув стул. – Вы же не думали, что она просто исчезла, никому не сказав ни слова? Нина написала письмо своей семье через два месяца после того, как поселилась у меня.

– Вы его видели? – вмешался Сергей.

– Я его составлял вместе с ней! – вспыхнул старик. – Не пойму, в чем вы нас подозреваете?

– Все очень просто, – сказал Макар. – Муж Нины узнал о том, что она жива, чуть больше полугода назад. Ни о каких деньгах он не обмолвился ни единым словом.

– Врет!

– Я так не думаю. То есть да, Юрий врал, и много. Но вот конкретно в этом – вряд ли. Он случайно столкнулся с Ниной в маникюрном салоне и узнал ее по голосу. Есть свидетели. Им можно верить.

Ратманский озадаченно потер подбородок.

– Чепуха какая-то! Послушайте, Нина десять лет назад просто не находила себе места. Думала, что ей делать дальше. Она сдала клетки, пришла в себя, восстановилась после ушиба мозга.