Мертвый остров

Она помещалась на главной в городе Николаевской улице. Лавка торговала всем: пуговицами, японскими веерами, топорищами… Жакомини было трое: отец, мать и сын. Родом откуда-то с юга России, они прибыли на Сахалин по приговору военного суда, за убийство. Грех совершил отец, но семья его не бросила. Все они любили и поддерживали друг друга, и это создавало вокруг них особую атмосферу. Приветливые и порядочные, Жакомини никогда никого не обманывали и стойко несли свой крест."

"Прочие лавки не заслуживали внимания. В Корсаковске существовало всего четыре регулярные улицы.

Зато по склонам горы и в соседних падях укрылись слободы. Что там творилось, полиция старалась не замечать. Пристанодержательство и скупка краденого процветали. А еще проституция, игра в карты и подделка записок на водку. Как и всюду, прятались тут и беглые. Деранув из тюрьмы, не все спешили в тайгу: там трудно и голодно. Многие месяцами проживали в слободе, в двухстах саженях от кандального отделения. А по ночам грабили, чтобы заплатить за постой. В мае Фельдман случайно выследил такую шайку. Оказалось, они квартировали через дом от него, дожидаясь удобного момента. Ребята собирались ни больше ни меньше как захватить пароход. И удрать на нем в Америку!

Случались и серьезные преступления. Неизвестные зарезали зимой богатого якута-пушноторговца. А в Третьей Пади убили отставного фельдфебеля, державшего лавку. Эти дела так и не были раскрыты.

Лыков постоянно искал возможность учредить в городе свою агентуру. Как обнаружить лагерь беглых «иванов»? Из кабинета его не найдешь.

Но все вокруг были ссыльнокаторжными, настоящими или бывшими. И законы тюрьмы являлись для них обязательными.

Первый человек, кто согласился поговорить с сыщиком, был вольный поселенец Хомутов. Жилистый подвижный старик представлял собой редкий на Сахалине тип. Он прибыл на остров двадцать лет назад. Тогда несколько семейств из Енисейской губернии попросились сюда добровольно, в качестве колонистов. Всего приехало около ста душ обоего пола. Их поселили в Такойской долине, посреди тайги.

На долю этих людей выпали страшные лишения… В 1875 году, после двух подряд неурожаев и опустошительного наводнения, колонисты отчаялись. Они попросились обратно на материк. Простейший вопрос разбирался десять лет. Ожидая решения своей участи, неудавшиеся хлебопашцы основали деревню Чибисань, на полпути к брошенному Муравьевскому посту. В 1886-м те, кто дожил, уплыли обратно. Остались только Хомутов и две бабы, вышедшие замуж за сахалинцев.