В середине виднелась бухточка, а над ней по горе поднималась одинокая улица. Когда пароход подошел ближе, выяснилось, что улица эта самая обычная, как в любом уездном городе. В конце ее возвышался церковный купол. Это и был Корсаковск. Он производил с моря вид умилительно-ободряющий. Не так страшен этот Сахалин, словно говорил город. И тут люди живут!
Залив под горой называется бухта Лососей, а мыс вдали справа – мыс Анива, пояснил тот же Бирингтон. Еще он рассказал, что стоянка здесь продлится не меньше трех дней.
Нужно свезти на берег груз, а это дело небыстрое. Из арестантов на сушу никто не сойдет, так и будут сидеть в трюме. По положению, все поступившие в каторгу сначала должны прибыть в столицу острова Александровский пост. Там их ждет карантин, а потом распределение между тремя здешними округами. И только те, кому назначен будет Корсаковский округ, вернутся сюда.
Рассказав все это, мичман ушел в рубку. А Лыков с Таубе, поглядев на быстро приближающийся берег, отправились в каюту совещаться.
Вопрос был в том, как им встретить корсаковцев. Таубе являлся прямым начальником здешнего ротного командира. Алексей же по статусу – первое лицо на всем Южном Сахалине. Ясно, что местная аристократия уже стоит на пристани и ждет, когда можно будет представиться новому начальству. Однако для вступления в должности друзьям необходимо было сначала самим представиться – генералу Кононовичу. А для этого следовало прибыть в Александровск. Получалось, что сегодняшнее знакомство предварительное и неофициальное.
Посему Таубе надел обыкновенный мундир со старшими орденами. Лыков же вообще отказался от формы, чтобы подчеркнуть частный характер встречи. Он только продел в пройму сюртука георгиевскую ленту.
«Петербург» медленно сбавлял ход. Наконец он затрясся всем корпусом и остановился. С грохотом полетели по клюзам якоря. Машина в чреве парохода сбрасывала обороты. Стало непривычно тихо, и сделалось заметно, как сильно дует ветер. Послышался рык капитана:
– Принять катер по правому борту!
– Пойдем в салон, – сказал барону Алексей.
Он был собран и чуть взволнован. Сейчас гурьбой явятся его новые подданные. В свои тридцать два года, много уже испытав, сыщик никогда не руководил всерьез. Всегда в подчиненной роли, на помочах… И вот здесь, на краю света, выпала участь. Что за люди достались ему в команду? Лыков решил для себя, что будет равняться на Благово, и немного успокоился.
Они стояли посреди салона и ждали. Швартовка катера затягивалась.
