– Мы с ними в одном военно-политическом блоке. А с османами в разных.
– Мой брат-близнец Николай Лыков-Нефедьев служит по секретной части в Персии. И говорит, что англичане это такие друзья, что после них и врагов не надо.
– Все в прошлом! – отрезал военный агент. – Теперь мы по одну сторону. Закончим войну победоносно – как союзники смогут отказать нам в праве на Проливы? Да никак!
Павел понял, что пора менять тему разговора:"
"– Хорошо, вам виднее, не буду спорить. Но мне надо сделать анализ возможностей сербской армии.
Каким образом? Идти к Гартингу? А он не пошлет меня куда подальше, например в Министерство Войно[46]?
– Туда пошлю вас я, и прямо сейчас, – добродушно заявил Артамонов. – Дам письмо на своем бланке, что вы русский офицер и выполняете официальное поручение начальства. Этого хватит. А начать вам, Павел Алексеевич, следует с майора Танкосича.
– Воислав Танкосич – правая рука Димитриевича-Аписа, – поддержал второй полковник первого. – Необузданный – страх.
Вспыльчив как порох. Однажды даже надавал тумаков королевичу Георгию! Майор сейчас одно из главных лиц сербской политики. Познакомьтесь с ним и притритесь, он сообщит вам все необходимые сведения.
– А сам Апис?
– Драгутин Димитриевич скоро пойдет на повышение, – блеснул осведомленностью военный агент. – Он стажировался в германском Большом Генеральном штабе и произведен в подполковники. С нынешней должности начальника штаба кавалерийской дивизии Апис перемещается в начальники Осведомительного отдела сербского генштаба.
Отдел, понятное дело, занимается разведкой… Апис – лицо, закрытое для общения. Только если сам захочет с вами познакомиться, а так и не пытайтесь. Человек он, конечно, штучный. В Майской революции три пули в мясо получил – и выжил. Здоровый, как цирковой атлет.
Артамонов окинул взглядом широкие плечи штабс-капитана и пробормотал:
– Если он вас примет, то, возможно, захочет помериться силой. Вы уж того… не очень упирайтесь.
Сломает пальцы.
Брюшкин усмехнулся:
– Ему надо встретиться с моим отцом, статским советником Лыковым. Папа объяснит подполковнику, кто из них атлет.
Продан рассмеялся:
– Это точно! Алексей Николаевич Лыков, несмотря на возраст, и сейчас любому богатырю руки оторвет по самые коленки!
Артамонов позвал секретаря и приказал изготовить бумаги для штабс-капитана Лыкова-Нефедьева, чтобы он мог вести дела в Сербии официально.
