В двенадцать! Без нас славяне долго не продержатся. Да, мы хотим сокрушить немцев и стать хозяевами на Балканах. Но нам нужно еще три года. Программа перевооружения рассчитана до семнадцатого, сейчас лишь четырнадцатый. И Гартвиг берет на себя слишком много, задуривая головы местным воеводам. Непременно доложи об этом в Генеральном штабе, когда вернешься.
Затем он понизил голос и рассказал следующее:"
"– «Черная рука» ведет себя по отношению к законной власти все более беспардонно. Король ничего не может с этим поделать, ведь именно Майская революция возвела его на трон.
У наследника, королевича Александра, такой зависимости нет. Есть еще королевич Георгий, старший сын Петра. Он и должен был наследовать трон. Но у Георгия вспыльчивый, нервный характер. Однажды в пылу гнева он ударил слугу – за какой-то пустяк. А тот из-за побоев умер. Скандал! И Георгий был вынужден отказаться от престолонаследия в пользу младшего брата Александра. Так вот, про него. Александр тоже состоит в «Черной руке», но подумывает о защите от заговорщиков.
Дело очень секретное и деликатное. Есть такой генерал Петар Живкович – слышал? Именно он в свое время служил в дворцовой гвардии Обреновича и лично открыл изнутри ворота. Впустил тех офицеров во главе с Аписом, которые прикончили королевскую чету. Затем Живкович разошелся с Аписом. Теперь он ближайший конфидент наследника и – противовес команде Драгутина Димитриевича. Живкович создал еще одну тайную организацию, назвав ее «Белая рука». Там тоже военные, но они на стороне князя Александра.
Король стареет, здоровье его подорвано. Рано или поздно его место займет наследник. И тогда карбонарии в погонах начнут драться друг с другом. Сообщи это Монкевицу.
– «Черная рука» сильнее?
– Пока да. Однако, когда появится король Александр Первый, все переменится. Сейчас ты должен общаться с Аписом и его людьми. Но держи в голове, что им зреет замена.
Наконец они расстались, и Павлука отправился гулять по Белграду. Он, как и отец, любил знакомиться с новыми городами самостоятельно: просто идти и смотреть по сторонам, не зная, что вон за тем углом…
Белград показался Лыкову-Нефедьеву похожим на какой-нибудь русский губернский город средней руки.
Но южный! Действительно, на каждом шагу попадались кафаны. Было уже тепло, и столики выставили на улицу; их густо облепили завсегдатаи. Белградцы вели себя шумно: жестикулировали, непринужденно беседовали, часто переходя на крик. Бо́льшая часть посетителей принадлежала к мужскому полу.
