Может быть, это оно самое?
– Стоп, – перебивает меня Паша, – Откуда у рта сердце? Милая, а разве, у вас в школе, не было анатомии? Вроде в девятом классе должны были проходить…
– Паш, ну спи уже! Это просто история, это как стихи, все образно. Представь, что я рассказываю про отдельный персонаж. – щипаю его за ухо, чтобы не перебивал.
– Однажды, у нашего главного героя, появилась возможность попробовать то, что навсегда покорило его сердце.
Паша снова смеется, ну да, смешно звучит, понимаю, но я уже говорила, выдумщик из меня – никакой.
Да, мне пофиг, главное, чтобы он спокойно заснул, ради этого я ему еще и лезгинку станцую, если придется!"
"Краем глаза смотрю на его член. Плавки уже изрядно приподнялись. Моя рука по инерции скользит туда. Снова я не могу сдержать себя…
Паша почувствовал мое движение и напрягся.
– Ну, что там дальше, с твоим ртом? Он встретил член и влюбился? – нетерпеливо подбадривает меня Павел, а его голос, уже слегка, дрожит от возбуждения. Паша ждет, когда я коснусь его органа и уже явно не сможет уснуть теперь без минета.
– Так… что дальше. Ну, слушай. Появление нового друга приятно радовало рот, и он смело принялся изучать его. Любопытство поглощало все больше и больше, а ненасытность заставляла поглощать друга полностью, целиком. – моя рука уже забралась под плавки и я слегка вытащила головку, сделав это специально. Теперь у Павла очень смешной вид. Он “типа” спит, склонив голову ко мне на бок, а из его трусов торчит его наглый член и смотрит на этот мир.
– Покажи, как этот рот изучал своего нового друга, – шепчет Паша, не открывая глаз. – Я плохо соображаю на слух, никак не могу представить эту картину…
Я осторожно касаюсь языком его головки и начинаю играть с его расщелиной, но внутрь, под плавки, не залезаю, ласкаю только тот участок, который торчит из под резинки его трусов.
– Возьми его в рот, прошу! – взмолился Павел.
– Не спеши, – лукаво шепчу я, – Сперва дослушай сказку до конца!
– О, нет! Я больше не выдержу твоих сказок! – ерзает на месте.
– Рот осознал, что он нашел то, что искал всю свою жизнь. Для него это были самые приятные ощущения, и они оказались такими сладкими и нежными, что не было возможности отказаться от них.
Некая истома возникала внутри каждый раз, когда он встречал своего друга. Райское удовольствие наполняло его изнутри, а потом, наступала мимолетная тишина. И внезапно, большая струя жидкости наполняла рот и радовала сладким послевкусием.
