– Ничего ведь страшного не случилось.
Она пожала плечами, очевидно, таким образом выразив свое несогласие, а, может, безразличие, и стала разливать кофе. Спросила:
– Вам печенья или конфет?
– Лучше бутерброд какой-нибудь, – нахально попросил Горелов и похвалил: – Кофе у вас божественный получается. Моя почему-то так не может. Халат на вас красивый. За границей, наверное, покупали.
Женщин надо хвалить, говорить им комплименты, и все будет просто замечательно.
– Нет, что вы, я не езжу за границу.
Она украдкой глянула на свое отражение в полированной дверце шкафа.
Горелов улыбнулся. Все нормально, теперь надо ненавязчиво взять в свои руки нить разговора и аккуратно тянуть на себя.
Когда кофе был допит, Горелов в точности мог представить картину происходившего здесь этой ночью. Серафим выглядел абсолютным дерьмом. Ничего странного, просто был самим собой. А женщина только кажется такой забитой. Похоже, не отказывает себе в удовольствии представить мужа в истинном свете.
В прихожей Будякин прощался с милиционерами.
Горелов поднялся, взял чистую чашку и слил из кофейника остатки кофе, для Будякина. Улыбнулся женщине:
– Шли бы вы спать. Чего зря мучаться? Завтра, небось, рано вставать.
– А вам что, не надо? – возразила.
– Мне за это деньги платят, такая работа.
– Мне тоже, – усмехнулась она, но глаза оставались серьезны, и пояснила: – Профессия – жена. Оплата сдельно-премиальная.
Больше всего Горелова волновало, а не ляпнул ли чего лишнего Будякин телевизионщикам, какую-нибудь глупость? Но тот божился, что ограничился одной фразой, мол, завтра все разъяснится и будет устроена пресс-конференция.
Само по себе ночное происшествие могло пойти на пользу, если правильно подать его через средства массовой информации. У нас ведь за одного битого двух небитых дают. Так что представив Будякина жертвой провокации, можно не только лишний раз привлечь к персоне кандидата внимание избирателей, но и вызвать у них сочувствие.
Усевшись в кабинете, Будякин и Горелов быстро определили линию поведения и соответственно интерпретировали ночной скандал со стрельбой.
Горелов быстренько накидал черновой текст заявления для печати, он же текст для листовки. Начиналось заявление так:
В наше время стрельбой никого не удивишь, но эти выстрелы всколыхнули весь город. Совершена чудовищная по своему цинизму провокация. Кто-то пытается запугать кандидата в депутаты Серафима Будякина, а в его лице всех честных граждан.
