"
"Дальше шли призывы сплотиться, дать отпор мафии, обличалось бессилие властей и заканчивалось все вполне логичным призывом отдать голоса за подлинно народного представителя, бескомпромиссного борца с беспределом всех мастей. Подробности ""циничной провокации"" деликатно опускались. Граждане могли сами пофантазировать на эту тему, пугаться и негодовать. Текст ещё должен был подработать один из сотрудников ""Быро социальных технологий"", а затем готовое заявление следовало растиражировать.
Будякин также представил свою версию ночного происшествия.
Получалось, что в окно кто-то пытался влезть, вот жена и пальнула сдуру. Если бы милиция была порасторопней, этого незваного гостя удалось бы захватить. ""Что ж ты мне-то мозги пудришь?"" – подумал Горелов, но вслух ничего такого не сказал.
– А давай напишем, что это мне в окно стреляли, убить хотели? – вдруг предложил Будякин. – Покушение на кандидата. Отличный ход. А то у нас в заявлении ни то, ни се. Как-то все слишком обтекаемо, жидковато как-то.
– Это мы с липовым покушением жидко обделаться можем, – возразил Горелов. – Врать – пожалуйста, завираться нельзя. Я не стал уж вас выспрашивать, о чем вы с милицейскими полковниками беседовали, но они предпочтут лучше вас в это жидкое мордой ткнуть, чем свой мундир испачкать. Не забывайте, что общественность потребует от них найти и наказать стрелка. А где они его возьмут? Давайте-ка лучше подумаем, какие ещё провокации может устроить Черный Паук. Хорошая кампания по запугиванию пойдет вам только на пользу.
– Что-то я не совсем понимаю, – поморщился Будякин.
– Это от бессонной ночи, – нахальным тоном объяснил Горелов. – Я хочу сказать, что ребятам Старкова давно пора прекратить дразнить пауков. Пусть они организуют на вас настоящее покушение, бомбу в машину подложат, что ли. В общем, мысль понятна?
– Мысль понятна, – кивнул Будякин, – мне башку оторвет, а избиратели со слезами пойдут за гробом?
– Где-нибудь, возможно за городом, производится взрыв. Машина съезжает в кювет, воронка дымится.
Короче, имитируется покушение. Пострадавших нет, милиция никого не находит. Все говорят только о вас. – Принялся объяснять Горелов. – Прием старый, все им пользуются. Потом можно совершить погром в вашем избирательном штабе. Не у меня в ""Бюро"", а в официальном, в Доме политпросвещения. Разбить пару стульев, телефон и ксерокс, порвать плакаты, украсть книгу с рабочими записями, дать кому-нибудь в морду. И свалить все это на недругов.
