В сумерках Славка подошел к педагогическому колледжу на площади Обороны. Некоторое время понаблюдал за окружающей обстановкой и, решив, что все в порядке, скрылся за зданием. В куче мусора раскопал полиэтиленовый пакет, в котором лежал пульт радиоуправления лебедкой. Нажал кнопку ""вниз"" и стал ждать. Ему уже начало казаться, что сели батарейки и управление отказало, когда вдоль стены опустился тросик с петлей на конце.
Славка вставил ногу в петлю, схватился руками в перчатках за тонкий стальной шнур, туго натянувшийся под его весом, и нажал кнопку ""вверх"".
И каждый метр подъема возвращал его в знакомое состояние схватки – с морозом, ветром, высотой, скалами, с врагами, жаждущими его крови. Это ощущение бодрило, подзадоривало и заставляло собраться. Впервые за четыре недели он улыбался.
На чердаке все осталось по-прежнему. Да и что могло измениться, если сюда со дня постройки дома никто проникнуть не мог? Славка пощупал спальный мешок – не отсырел ли? Поболтал примус, проверяя, заправлен ли.
Вода в пластиковой канистре не испортилась, слегка пахла полиэтиленом, но затхлого привкуса не чувствовалось, внутри позвякивали тонкие ледышки. Раскочегарив примус, Славка вскипятил чай, открыл банку тушенки и распотрошил пачку галет. Продовольственных запасов у него тут хватило бы на месяц осады.
Поужинав, разобрал верхолазное и альпинистское снаряжение, освежил в памяти наличие веревок, карабинов и крючьев. И только в последнюю очередь отправился в угол, выкапывать из керамзитовой засыпки деньги, похищенные на рынке у банды Ижака.
Деньги, расфасованные в несколько полиэтиленовых пакетов, лежали на месте. Славка, не считая, набил карманы толстыми пачками, ещё несколько бросил в объемистую спортивную сумку, где уже лежали два мотка веревки и полторы дюжины альпинистских железок. Обвел лучом фонарика на прощанье чердак и, вставив ногу в петлю тросика, нажал на пульте кнопку ""вниз"".
* * *
Следующий день прошел в разных мелких хлопотах. С утра Славка прошвырнулся по магазинам, закупил продукты.
Потом, окинув квартиру критическим взглядом, вымыл полы и стер пыль с небогатой мебели. Накормил обедом бабу Веру и замочил белье. Перед тем, как встретиться с Виолеттой, заскочил к Барибалу, передал часть снаряжения, ещё раз уточнив план действий.
К шести вечера на главном проспекте Екатеринбурга уже зажглись частые фонари. К ним прибавился свет, падающий из окон, поэтому ранние сумерки в городском центре мало ассоциировались с ночью.
