– Он уже труп, – безапелляционно заявила Виолетта, – только мы его никогда не найдем. Они и так слишком наследили, чтоб ещё покойника своего на виду бросать.
– Думаешь, уже умер?
– Прикончили. Профессионалы концы рубят не раздумывая. Пистолет испачкали – бросили. Куртка тоже наверняка никуда не приведет.
– Ну да, – согласился Славка, – взяли у врачей в раздевалке первую подвернувшуюся, тут же и выкинули.
– Как же, – усмехнулась Виолетта. – Ты говорил, что поначалу киллера за доктора принял, верно? Почему? Хочешь, сама отвечу? Во-первых, хирургический костюм в хирургическом отделении выглядит достаточно естественно; во-вторых, марлевые повязки позволяют спрятать лица; в-третьих, костюмчик сидел, как родной, так? И особо отметим: костюмчик не новый, стираный, обмятый.
Новенькая одежда бросается в глаза и вызывает подозрения. Профи работали, даже, может, суперпрофи. Прокололись исключительно на недостатке информации. Не знали про твои два патрона. У нас какой номер больницы? – вдруг спросила невпопад.
– Седьмой, наверное, – удивился Славка.
– В том-то и дело, что десятый, – хитро прищурилась Виолетта, седьмая совсем в другом районе. Сам тут недавно лежал, а не удосужился в больничный лист заглянуть. Так вот, профессионалы здесь светиться не стали, в другом месте шмотки позаимствовали. И размер подобрали, и комплектность брюки с курткой, чтоб свою одежду полностью скрыть. Обстоятельно приготовились, но быстро, всего за день. А то, что куртку бросили, значит лишь, что в седьмой больнице мы никаких зацепок не найдем, только время потеряем.
– Я одно только не пойму, – почесал Славка затылок, – как они узнали, что я тут ночевать буду?
– А они и не знали, они вообще за мной пришли, – спокойно сказала Виолетта. – Стреляли ведь по кровати, а не по тебе. А с утра я там лежала, если помнишь. И наверняка пули в подушке и матрасе соответствуют тем, что вчера в женщину на улице попали. А теперь слушай меня, – Виолетта сама прислушалась, покосившись на дверь отделения, и посмотрела Славке в глаза.
– Сейчас возвращаешься в мою палату и ищешь свою вторую гильзу. Гляди, чтоб бабы не заметили, как подберешь. Потом свали в сторону и наблюдай оттуда, не лезь. Я постараюсь, чтоб о тебе никто и не вспомнил. Глушитель с ""тэтэшника"" я сняла, так что твои выстрелы мы на покойника перенавесим. Учти, что я ради тебя пошла на должностной подлог и фальсификацию улик. Не проговорись, где не надо.
