Тогда он сразу утратит влияние, его перестанут бояться, и тот же самый Ижак со своей преступной группировкой начнет его прессовать. Вам ясен ход моих мыслей?
– Ясно-то оно, конечно, ясно, да только на душе от всего это больно пасмурно, – вздохнул Славка. – Почему бы милиции самой за это не взяться? Вашим ребятам, небось, это дело как-то привычней, да и по службе положено.
– А у нас на положено знаешь, что положено и чем сверху забито? саркастически усмехнулся Ямщиков. – И в этом твое счастье. Я и то удивился: на улице стреляли с глушителем, а в больнице ночью, когда надо особую тишину соблюдать, вдруг сняли.
А дежурный следователь Яшухин на такую несообразность внимания не обратил. Я уж не говорю о том, что никто крови на лестнице не заметил. А если бы кто-нибудь, кроме меня, понял, что был ещё один пистолет, ты бы сейчас уже в общей камере отдыхал, и я за твою жизнь не дал бы трех копеек бумажными деньгами. В нашей протекающей конторе серьезная информация продержится от силы час, потом весь город знать будет.
– Будем, стало быть, останавливать будякинскую зондеркоманду, – не то спросил, не то констатировал Славка. – Рискованно, а с другой стороны, ещё рискованней их не затормозить. Меня-то они точно пришьют, как пуговицу, в четыре дырки.
– А я боюсь, – призналась Виолетта. – Вроде понимаю, что если погиб именно тот киллер, которого я запомнила в лицо, то опасаться пока нечего. Им больше нет смысла охотиться за мной. И все равно не по себе как-то. Подежурьте ночью кто-нибудь, а то не усну.
– Я за день так наматываюсь, что потом из пушки не разбудишь, отмахнулся Ямщиков. – Да и жена у меня больно ревнивая. Давай ты, Славян, твое дело молодое. – И он заговорщицки подмигнул. – А пока определимся по направлениям. Виолетта сидит на связи, телефон тут у неё персональный, проблем никаких. Собирает и передает информацию от меня к тебе, от тебя ко мне. Я вентилирую наши каналы и веду оперативно-розыскную работу. А ты, Славян, выполняешь задания. Инициативу не проявляй, голову не подставляй.
Помни, что нам без тебя не справиться. Этого монстра Будякина надо остановить до выборов, после будет поздно.
– Ребята, а вы думаете, мы сможем это сделать за оставшиеся две недели? – снова подала голос Виолетта. – И зондеркоманду ликвидировать, и Будякина провалить на выборах? Уж ему-то точно помешать не сможем!"
"– Да, не сможем, – спокойно подтвердил Ямщиков, – но это дела не меняет. Будем стремиться. Наша задача – засветить силовую структуру Будякина.
