Решетов внезапно почувствовал, что не только плечо и рука вернулись к жизни, о чем красноречиво свидетельствовала простынь, приподнявшаяся в области паха."
"Седой сгреб жену в охапку и впился в ее полные губы долгим поцелуем. Меж ними давно уже не существовало условностей и ограничений — каждый знал, что именно желает партнер, а главное — КАК именно …
Спустя некоторое время, когда они, обессиленные, вытянулись на постели, дверь в их спальню неожиданно распахнулась.
— С добуым утуом! — пятилетний русоволосый и зеленоглазый сорванец радостно поприветствовал утомленных родителей.
Как Милана не билась, он до сих пор не выговаривал букву «р».
Сергей нежно взглянул в его огромные глаза и ласково проворчал:
— С добрым! Иди сюда, бандит.
Мальчуган проворно юркнул на родительскую постель и прижался к матери.
— Мам, на иечку пойдем сегодня? Ты обещала!
Милана нежно взъерошила его волосы и улыбнулась.
— Пойдем, сынок. Вот и папа наш совсем кстати неожиданно выздоровел.
— Уа! — радостно воскликнул Ванька.
К слову сказать, официально мальчика звали Ион. Так нарекла его супруга после рождения, в то время как его отец сражался в качестве смертобоя на самой большой арене Тирана. По возвращении Решетов счел, что «Ион» очень похоже по звучанию на Ивана, поэтому на свой лад переименовал парня в Ваню. Получилось величественно и забавно: Ион-Ванька Решетов-Отра. Следом за Седым и остальные стали величать паренька Ваней, и лишь в верительных грамотах он был прописан как Ион.
Первое время жена ворчала по этому поводу, но вскоре Сергей услышал как она и сама невольно «переключилась» на новое имя.
— Ваня, обедать! — неслось из столовой.
После полудня Решетов с Миланой, растянувшись на широком пледе, нежились в лучах палящего Зетро. Ванька воодушевленно сражался неподалеку с зарослями тростника деревянным мечом. Рядом тихо шумела река.
Седой, легко коснувшись пальцами роскошной груди супруги, потянулся было к ней с поцелуем, но тут же был категорично отвергнут.
— С ума сошел?! Ваня совсем рядом! — глаза жены были полны искреннего негодования.
Но уже через секунду она смягчилась и, легко чмокнув его в губы, прошептала:
— Дождись вечера, милый …
Сергей шумно вздохнул и, гася невольное возбуждение, сокрушенно ответил:
— Пойду — утоплюсь …
Он поднялся, потянулся и неспешно направился к реке. Нырнув в прохладную воду, Седой проплыл с десяток метров, лег на спину и, покачиваясь на мелких волнах, прикрыл веки.
