Месть невольницы. Истинная для дракона

И если королю, как и его советнику, плевать на все и всех, главное, что им наверняка пообещали жизнь, то ей-то есть за кого бороться. Разумеется, эти мысли Эммили не озвучила, ожидая реакции на свой вопрос от недочеловека.

— Эммилия, о чем ты говоришь?

Его голос дрожал, рождая в душе девушки приятный вкус отмщения. Когда-то она оттирала пол перед его ботинками, склонив голову, а теперь он боится ее как огня. И правильно делает. Она несколько часов назад потеряла связь с семьей, родной мир, потом названного здесь дедушку, и вот получает известие, что безопасность ее сына под угрозой из-за решения пьянствующего самодура, пока отец этого самого сына прохлаждается неизвестно где.

К чему-то подобному, к отстаиванию своих прав и положения своего сына, она и готовилась. Лишь надеялась на поддержку Айвери и Арселя. Но видимо придется справляться самой. После того, что она пережила семь лет назад, это её не пугало.

— Еще раз напоминаю тебе, что в отсутствие короля, правление переходит наследнику. То есть Аману.

— Прошу соблюдать субординацию. Будь добр, учитывай мое нынешнее положение. И я настаиваю на избрании нового главнокомандующего. Через полчаса прошу тебя собрать в этом кабинете не девиц легкого поведения, а опытных воинов, которые хоть что-то смыслят в военном деле. Трон моего сына ты не подаришь не понятно кому по своему лишь желанию.

— Достаточно… Госпожа Эммилия… — Кажется она отчетливо услышала скрип зубов. — Или уже Ваше Высочество?

— Ну что ты, какое высочество. Мы оба прекрасно знаем, что на роль королевы готовили другую. Не стоит ломать комедию.

— И все же я решительно не понимаю, зачем тебе эти мужские разговоры…

— А я решительно не понимаю, как ты до сих пор со своей любовью к подобному образу жизни, остаешься действующим советником.

Намек был понят сразу же. Единственное, чем в этой жизни дорожил этот честолюбивый мужчина, — его положение при троне. За него он готов и пресмыкаться и идти по головам.

— Через полчаса я всех соберу, госпожа Эммилия.

Выдохнув, она быстро шагала к себе в комнату. Срочно умыться и успокоиться, слишком много событий. Слишком быстро. Не понятно. Тяжело.

Но уединиться было бы слишком большой роскошью в этот ненавистном ею месте.