Месть невольницы. Истинная для дракона

На тысячи частей. Причиняя такую боль, которую он уже не сможет вынести…

Но он просто стоял. Как статуя.

Дракон внутри тоже поник. Они оба прекрасно осознавали, что как раньше не будет уже никогда. Но картинки из памяти отказывались исчезать. В них она всё ещё бросалась ему на шею, смеялась и смущалась… Только такой они её больше не увидят.

И всё равно ужасно тянуло к ней. Сейчас даже больше, чем при первой встрече. И нет, не из-за обряда. А потому, что чем больше он узнавал её, чем больше понимал, тем сильнее становилась его привязанность.

Происходило то, чего он так боялся в самом начале, но тогда ещё не знал, что по-настоящему бояться следовало другого. Того, что происходит сейчас.

Вот что чувствовал Азар. Только умноженную на сотню, на тысячу, на миллион за эти семь лет. И чем больше нарастало внутри это чувство, тем хуже ему становилось. Лишь маленькой искоркой надежды было то, что в ближайшие дни они будут проводить чуть больше времени вместе. Хотя Азар начинал подозревать, что эти дни станут не началом их примирения, а скорее концом общения.

Теперь, когда он уже научил Амана контролировать себя, и когда через несколько дней кровь дракона свяжет её жизнь с его, он не будет ей нужен вовсе. Она сможет дальше жить совсем без него.

Поэтому он хватался за эту возможность как за свой последний шанс — нет, не на исправление ситуации (уже было понятно, что ничего не исправить), а на то чтобы надышаться ею на долгие годы вперед… Хотя это и невозможно.

Он пришел к себе в покои и занервничал от того, что сегодня сможет провести ночь с ней.

Находиться рядом в одной комнате, видеть её, возможно получится даже касаться её… И опять в ожидании волновался не меньше, чем перед обрядом в храме. Снова переоделся, только теперь так, чтобы можно было спать, но не раздеваться. Он понимал, что она не допустит между ними ничего. Но хотел выглядеть хорошо… Для неё.

Пусть эта первая их ночь как супругов и не значит ничего для его Эмми, но для него — совсем иначе. Он запомнит каждое её слово, каждое движение.

И когда она потребует исчезнуть навсегда, он уйдет и станет каждый день вспоминать…

Когда лучи солнца совсем пропали, он вдруг осознал, что она не придёт к нему. И ему стало стыдно, что не понял этого раньше, что ждал её… Что сам зажег благовония и свечи. Зачем? Он не знал. Азар вообще ничего не знал, кроме того, что она нужна ему как воздух.

Уговаривая себя, а по факту лишь найдя себе оправдание, что делает это ради неё, пошел к ней в комнату.