Месть невольницы. Истинная для дракона

И хотя Азару была теперь безразлична судьба трона, но мысль, что Арсель занимает его место во всём, не отпускала.

Под опасливыми взглядами слуг и воинов он дошел до своего укромного места. В тени кустарниковых деревьев перед входом в храм, опустился к земле, чтобы поднять букет, который на удивление выглядел вполне живым. Только вот коснувшись стеблей, понял, что они прикреплены к земле… Азар присел прямо на траву и начал поднимать листья, чтобы убедиться, что цветы, которые должны были погибнуть, проросли корнями и теперь чувствуют себя вполне отлично здесь, в тени.

И Азар бросился к фонтану, не глядя ни на кого (так ли важно, что о нём подумают, и так считают, что он не в себе), набирая воды в ведро. За всю свою жизнь он делал это впервые. Но полить растение много ума и не понадобилось. Стоя у символа своей любви и надежды, он вспоминал их первый нормальный разговор. Она тоже возилась в саду и её лицо было запачкано землей… Как ему хотелось теперь протянуть руку к её румяной щеке, осторожно стереть грязь, а потом снова и снова целовать её испачканные руки…

Азар решил, что обязательно расскажет Эмми про эту историю.

Ей прежней она бы совершенно точно понравилась. Она бы сказала, что это волшебство, и восторгалась бы этим маленьким чудом, хвалила бы его за то, что позаботился о цветах…

Почему он раньше думал, что её можно купить нарядами и украшениями? Она всегда радовалась таким простым вещам, как звезды, два солнца, дождь. А как рассказывала ему про снег! Так увлеченно и подробно расписывала все детали… Она была трогательной милой девочкой.

Которая теперь выросла и повзрослела. И если бы можно было вернуться и в прошлое, он поступил бы совсем иначе, не позволив ей это сделать…

Оставив своё личное чудо (ему бы хотелось сказать «их с Эмми», ведь он рассказал ей по секрету про букет, никто больше не знал о нём, и Азару нравилось думать, что теперь у них будет общая тайна), он брел по саду, пока случайно не наткнулся на Амана с Арселем и служанкой.

Эльма, кажется (прежде он не запоминал имена слуг), весело смеялась и шутила над ними обоими, будто с равными общалась, а брат учился ЕГО сына фехтовать...

Мальчик схватывал на лету, отбивая нападение дяди так, будто делал это всегда. Но словно почувствовал его и обернулся прямо на Азара. Благо, брат заметил это движение и остановился, почти одновременно с сердцем Азара, когда вполне себе боевой меч пролетел всего в нескольких сантиметрах от щеки его сына.