А по тому, как он резво бегал по полю, умело обращаясь с мячом, и подумать было нельзя, что у него что-то болит.
– Ладно, расслабься, – Давид обнял меня одной рукой за плечи, – победа будет за нами. С тебя поздравления!
Раздался свисток, и начался второй тайм. Если я всё правильно помнила, то Карельский с Марковым согласились играть до победного гола. Вот было бы здорово, если бы в этом тайме Маркову улыбнулась удача, и всё пошло как надо. Карельский пыжился изо всех, почти ничем не уступая Маркову. Было бы прекрасно, если бы Макс не опускался до тычков, хватаний за футболку соперника и прочих мелких ухищрений.
Я всё время поглядывала на часы, считая минуты до окончания второго тайма. Ситуация внезапно повторилась. Почти один в один, как во время первого матча Маркова с Карельским.
Давиду передали пас, и он нёсся к воротам противника со скоростью смерча.
Я вскочила на ноги, сжав пальцы в кулак и впившись ногтями в ладонь.
– Ну же! Вперёд! Давай! – не удержавшись, закричала я.
Ощущения были такие, что, если бы вдруг у меня под рукой оказалась трещотка или прочие атрибуты типичного болельщика, шум бы стоял невероятный!
Давиду оставалось всего немного… Карельский бросился наперерез и прямым подкатом сбил Давида с ног.
Опять!
– Фу-у-у! Неспортивное поведение! – топнула я ногой от злости. Надо же быть таким гадким и не уметь проигрывать честно!
Теперь надо пробивать пенальти. Босс решил сделать это сам. Поморщился, растёр ногу и приготовился бить по мячу. Если спортивные заголовки не врали, сейчас в дело должен пойти коронный удар левой ногой Давида.
Карельский, гад, знал, куда бить… Чтобы его на части разорвало. Я в очередной раз обматерила соперника Давида.
Марков разбежался. Я затаила дыхание. Удар…
– Го-о-о-ол!
На Карельского было смешно смотреть, такое кислое выражение лица у него было. Так тебе и надо!"
"Ох, не знаю, что со мной творится, но это просто нереально! Такой взрыв эмоций и адреналин! Пока Давид со своими игроками поздравляли друг друга, я еле смогла устоять на одном месте.
Мне хотелось бегать, прыгать, ходить на голове или на руках… Радость и чувство торжества распирали меня изнутри. И гордость за Давида. Карельский понуро плёлся в раздевалку. Так, стоп, Ксения, ты носишься по краю поля, как сумасшедшая! Надо успокоиться. Но не получается! Хотелось поздравить Давида с заслуженной победой.
Но босс пошёл в свою раздевалку, чтобы переодеться. Кокетливая барышня, даже не взглянул в мою сторону.
