Месть пумы

Дежурная медсестра со скучающим видом тыкала в экран смартфона.

В палате отца тоже было тихо. Мистер Аппендицит разочарованно жал на все кнопки нового пульта управления – напрасно: экран оставался тёмным. Причина тому – перекушенный провод, который я заметил позади телевизора. Я улыбнулся.

Отец в футболке и спортивных штанах лежал на кровати и не сводил глаз с открытого окна, глядя на ночной пейзаж. На ноге у него была свежая белая повязка. – Мы забираем тебя отсюда, – объявил я Ксамберу и с тревогой покосился на окно.

Отец вопросительно посмотрел сначала на меня, затем на Джеймса Бриджера. По нашим лицам он, видимо, понял, что ситуация серьёзная, поэтому встал, не задавая вопросов – в присутствии мистера Аппендицита мы бы всё равно не стали ему ничего объяснять, – и всунул ноги в ботинки.

– Тогда пошли, – только и сказал он и обратился к соседу по палате: – Пусть солнце встаёт для вас ещё долгие годы!

Тот заметно удивился:

– Ээ-э, спасибо. Поправляйтесь и всё такое.

Мы направились к двери, и тут я услышал шаги. Кто-то шёл по коридору прямо к нашей палате! О нет, только не сейчас! Может, сбежать через окно? Но дверь уже открылась, и в комнату вошла ночная медсестра. Та, что с кольцом в носу и с фиолетовыми ногтями. Которая ещё хотела принести моему отцу ножницы. Но на этот раз она нисколько не развеселилась, наоборот – возмутилась:

– Как вы сюда попали?! Ночью посещения запрещены.

Я не знал, что сказать. Но мистер Бриджер не растерялся:

– У мистера Златоглаза возникли проблемы в семье.

– Удачи в Румынии! – проворчал сосед и бросил бесполезный пульт на тумбочку.

– Как так – прервать лечение? – недоумевая, спросила медсестра. Кажется, она рассердилась: – Так дело не пойдёт! Мистер Златоглаз, вы должны остаться в больнице хотя бы ещё на сутки. А если вдруг начнётся воспаление…

– К сожалению, это невозможно. Спасибо вам за все, Терри, – приветливо сказал отец.

Терри очарованно посмотрела на Ксамбера – так Берта и Виола обычно смотрят на своих любимых телезвёзд.

– Ну, хорошо, если вы настаиваете, я предупрежу завтра доктора Ричардсона, – уступила она и принялась складывать в пакет таблетки, мазь и перевязочный материал. – Но вы обязаны в течение трёх недель каждый день посещать врача, он должен наносить вам на рану эту мазь и менять повязку. Тогда всё заживёт без проблем.

Мистер Бриджер, отец и я с ужасом воззрились на медсестру.