Месть сурка

Весь зал был испачкан алой жидкостью, при том, что волшебник нисколько не пострадал.

Время тянулось подобно замедленному воспроизведению видеозаписи. Дункан округлил глаза, заметив, как Фламель всё же вынул из кобуры волшебную палочку. Он почти оглох, но по губам алхимика удалось прочитать первые буквы убивающего заклинания, от которого никак не вышло бы увернуться.

Хоггарт резко переключился на динамический транс, отрешившись от боли. Следующим шагом его дух вырвался из оков тела. Терять всё равно нечего — сейчас его добьют, как бешеного пса.

Его дух рванул к алхимику.

— …КЕДАВРА! — с палочки колдуна сорвался толстый зелёный луч убивающего заклятья.

Настолько мощную Аваду Дункан видел впервые. Авады Пожирателей смерти спички в сравнении с этой дубиной. Яркий зелёный свет окрасил закрытое каменное помещение в зловещие изумрудные оттенки.

Одновременно произошло сразу два события. Во-первых, Авада попала в цель. Дункан почувствовал, как резко оборвались связи души с телом. Во-вторых, его дух в этот момент с яростью ворвался в тело волшебника.

Хоггарт сконцентрировал всю астральную силу в одну точку и вместе с этим нанёс решительный удар по светящемуся канату, который связывал душу Фламеля с его телом.

С первого удара не смог оборвать связь, как это делает смертельное непростительное. Но эффект налицо. Фламеля скрючило от жуткой боли. Он выронил из руки палочку и рухнул на колени. С глухим ударом упала на пол мёртвая туша покалеченного волка.

Дункан чувствовал, как его дух затягивает в тоннель света.

Напоследок он нанёс ещё один сокрушительный удар по сияющему, но потрёпанному канату. На этот раз у него получилось оборвать связь души и тела алхимика-долгожителя. Но на всякий случай он из остатков астральной силы сотворил крючья и впился ими в дух Фламеля. Светящийся тоннель подобно пылесосу засосал обе души.

Тело Фламеля замерло с остекленевшими глазами и простояло так неуловимый миг, после чего медленно завалилось набок.

Снова Стоунхендж. Дункан успел позабыть, как ему бывает плохо во время подобных пробуждений.

Вновь похмелье, дикий голод, слабое тело, плохая способность чувствовать поблизости теплокровную жизнь. Вот только к этому ещё прибавилась боль на лице в районе лба и переносицы.

Потрогав пальцем лицо, Дункан нащупал болезненный шрам, которого там не должно быть.

Без сомнений, это намного лучше, чем почти отрезанные кисти, перемолотые кости, отбитые внутренние органы и обширное внутреннее кровотечение.