Месть тигра

– Всех солдат Верховного Совета, – бормотал ей Саймон. – Всех до единого.

Но чем дальше распространялась рябь, тем сильнее слабел брат. Чёрные молнии танцевали под радужной кожей, и Саймон чувствовал их в себе, но его, в отличие от Нолана, защищала сила Камня Судьбы. Она узнавала его, понимала, что он пытается сделать, и Саймон впитывал её в себя, пока мог.

– Камень нужно отпустить, – сказал он брату, но мысли Нолана стремительно угасали. – Нолан!

– Не могу, – пробормотал брат туманно и отстранённо. – Пришла моя очередь.

– Твоя очередь, – согласился Саймон, и в мысли закралось отчаяние. – Мы вместе его отпустим. Пожалуйста, Нолан…

Но свет брата практически угас, и он понял, что времени нет. Собрав все силы, Саймон в последний раз сосредоточился на логотипе Верховного Совета, а затем…

Разжал руки, потянув за собой брата.

Они повалились на пол, а в мир снова вернулись краски. Саймон смотрел в небо, не шевелясь и не понимая, где он находится, чёрная волна силы вспышкой вырвалась из Камня Судьбы, промчалась по Цитадели, окутала город и пропала, оставляя после себя тишину.

Чувства возвращались к нему постепенно. Он чувствовал холод, исходящий от каменного балкона, ощущал сырой запах, привкус ночного воздуха, слышал крики, доносящиеся со двора: победы, боли, мольбы. Но даже среди какофонии он не пропустил судорожный вздох Вадима.

– Вы что натворили? – прохрипел он, перегнувшись через край балкона. – Мои солдаты… Верховный…

– Саймон! Нолан! – Шарлотта подбежала к ним, сжимая в руке клинок.

 – Вы в порядке?

– Кажется, – пробормотал Саймон, хотя сам сомневался. Осколок Хищника согревал кожу, но не обжигал, как было раньше. – Нолан…

– Всё закончилось?

Хриплый голос брата раздался буквально в сантиметре от уха, и Саймон с трудом наскрёб в себе силы присесть. Нолан развалился рядом, часто судорожно дыша. Он побледнел и осунулся, будто из него выпили все силы, оставив лишь оболочку.

– Да. Ты справился, – сказал Саймон и потянулся к брату: просто убедиться, что тот действительно рядом.

И хотя Камень Судьбы лежал на полу, каким-то чудом не расколовшись, на ладони Нолана остался чёрный след. Саймон с удивлением взглянул на свою ладонь, но она была целой – только красные вмятины напоминали о том, что он стискивал руку брата до синяков.

– Что случилось? – спросила Шарлотта, и судя по тому, как она была внимательна к Нолану и потянулась прощупывать его пульс, выглядел он гораздо хуже Саймона.