Месть вора

– Впрочем, если так жаждешь исполнить мое последнее желание, пообещай, что найдешь Ангелину. И братца. Убьешь их. И сделаешь это не сразу. Сначала им надо помучиться. Так, как сейчас предстоит мучиться мне."

"– Хорошо, я найду их и заставлю молить о смерти, – ни мгновения не раздумывая, торжественно отчеканил хозяин.

– Отвечаешь?

– Яне базарная баба. И не мальчишка.

– Что ж. Я тебе верю. – Мужчина прикрыл глаза. – И надеюсь на тебя, Аркадий Андреевич. А сейчас не мешай. Попробую хоть ненадолго уснуть.

Устал. Понимаешь? Сегодня был непростой день. – Он вздохнул. – Да что один день? Вся эта жизнь – непростая, вздорная штука. Как это здорово, что скоро я с ней буду в полном расчете… И как это здорово, что у меня не останется ни врагов, ни проблем.

Глава 2

«ТЫ ТЕПЕРЬ ЗНАХАРЬ»

У меня было все, кроме зеркала и свободы передвижений. Из палаты меня не выпускали и, хотя я дал слово ее не покидать, все равно дверь держали запертой на ключ. Про зеркало каждый раз, стоило мне напомнить о нем, говорили: «Да-да, принесем».

И, конечно же, ничего не приносили. В результате, я плюнул и просить перестал. Всяко скоро увижу свою новую физиономию. Днем раньше, днем позже – не все ли равно. Почему бы не потерпеть? Да к тому же и смотреть пока было не на что – меня избавили только от части повязок и пластырей. Их снимали постепенно, по одной в день. Сначала освободили мне лоб; потом уши и губы; наконец, брови. Но скулы и нос по-прежнему оставались в плотном коконе из бинтов. Так же, как шрам – или бывший шрам? – на животе и те места, где раньше были наколки.

Кожа в тех местах, над которыми потрудились врачи, ужасно зудела, и целые дни я проводил в изобретении всевозможных способов и ухищрений, чтобы как-то пробраться под бинты и… всласть начесаться – как же это по кайфу! Кроме этого из развлечений у меня были телевизор и визиты медсестер и лечащего врача Александра Соломоновича. Правда, по телевизору постоянно гнали какую-нибудь бодягу, оказывать какие-то знаки внимания сестрам было бесполезняк, а Соломоныч никогда не имел свободного времени на то, чтобы хоть ненадолго задержаться у меня в палате после осмотра и поболтать за жизнь.

Один раз заглянул навестить меня Евгений Валерьевич, притащил дачку из фруктов и соков, которых и без того было предостаточно в этом больничном раю, посидел у меня пятнадцать минут и свалил.