Место под солнцем

— Только одна к тебе просьба, миленький, — она замерла на миг в дверном проеме, уже за порогом, — одна-единственная просьба. У тебя ведь есть знакомые в Онкоцентре на Каширке. Я знаю, есть… Позвони, замолви словечко. Там лучшие специалисты, а без звонка сложно.

— Ну, знакомые — громко сказано… Ладно, попробую что-нибудь сделать. Попытаюсь.

Она сделала легкое, почти машинальное движение. Раньше она всегда целовала его в щеку, уходя. А теперь не успела. Он мягко отстранился и закрыл дверь.

Возможно, со стороны все это выглядело жестоко, но никто не смотрел со стороны.

А Егор Николаевич не сомневался, что поступил разумно и правильно.

В тех печальных и щекотливых обстоятельствах для него было главной задачей, чтобы массажистка Света Петрова исчезла из его жизни навсегда. И она исчезла.

* * *

— Ольга Николаевна, вы были знакомы с гражданином Калашниковым Глебом Константиновичем?

— Да.

— Как давно?

— Меньше года.

— Когда вы видели его в последний раз?

— Неделю назад.

Оля Гуськова сидела в маленькой кухне, низко опустив голову, и говорила еле-еле.

Она вовсе не удивилась, когда майор Кузьменко позвонил в дверь, представился, показал свое удостоверение. Молча прошла с ним в кухню, уселась на табуретку. Она не казалась напуганной, растерянной. Она выглядела так, словно ужасно устала, хочет спать и прямо сейчас уронит голову на облупленный кухонный стол и заснет. Майор стоял и курил у приоткрытого окна.

— Ольга Николаевна, как вы провели вечер четвертого сентября? — спросил майор.

— Я была на работе.

— Вы ушли оттуда в одиннадцать. И сразу поехали домой?

Ольга молчала, глядя в одну точку, мимо майора, куда-то за окно. За стеной, в единственной комнате, такой же нищей и убогой, как эта крошечная кухня, громко кряхтела и охала сумасшедшая старуха. Полчаса назад она заявила, что четвертого сентября ее внучка вернулась домой страшно поздно. Под утро. Она вообще возвращается слишком поздно, забывает, что дома ее ждет беспомощный, больной человек. И форточку открывает постоянно. И не кормит.

Хорошо бы кто-нибудь на нее повлиял, чтобы она лучше относилась к своей несчастной бабушке, которая всю жизнь ей отдала, ночей не спала… «Да, действительно, чума, а не старуха, — подумал майор, — если живешь с такой под одной крышей, недолго и свихнуться».

— Оля, попытайтесь все-таки вспомнить, куда вы поехали с работы? Сразу домой или куда-то еще?

— Домой… — произнесла Ольга еле слышно.

— То есть в половине двенадцатого вы уже были дома?

— Я не помню.