Место под солнцем

Можно сварганить себе любой документ, вклеить фотографию, изобразить печать. Чтобы обмануть такую старуху, не надо особенно стараться.

— Комитет ветеранов Афганистана. Все как положено. Моя дочь и ее муж, родители Ольги, были офицерами, и мы являемся родственниками погибших."

"— Это я знаю. Скажите, а раньше вам приносили продукты от этой организации?

— Нет. Мы получаем небольшое пособие, но продукты принесли впервые. Этот мальчик, Петров, объяснил мне, что пришла гуманитарная помощь из Америки. Потребовалось найти мое пенсионное удостоверение.

Оля такая рассеянная, постоянно кладет все в разные места. Знаете, она вообще все теряет в последнее время. Даже одежду, нижнее белье. Мне необходимо хорошо питаться, каждая копейка на счету, а она все теряет, потом приходится покупать новые вещи. При теперешних ценах это просто невозможно. Вам, как официальному лицу, я могу сказать, недавно она потеряла бюстгальтер, хороший, почти новый. Перерыла весь дом и не могла найти.

— Простите, Иветта Тихоновна, давайте мы не будем отвлекаться от главного.

Значит, понадобилось ваше пенсионное удостоверение.

— Да. А я себя плохо чувствовала, мне трудно было искать. Я спросила, нельзя ли просто сообщить все данные, которые есть в удостоверении. Я их помню наизусть. А он говорит, нет, к сожалению. Нужны еще другие документы — свидетельства о смерти, оба, Марины и Николая. И очень любезно предложил мне, мол, вы скажите, где все это может лежать, я сам посмотрю. Ну, я не возражала, красть в нашем доме нечего.

А все документы Марины и Николая лежат в том ящике, где пистолет. Мне тогда не пришло в голову, что этот Петров заметит его. Я совершенно не беспокоилась, документы лежали на видном месте, сразу как откроешь ящик, а пистолет — в самой глубине, в шкатулке.

— Вы проверили ящик после того, как молодой человек ушел?

— Нет. Я плохо себя чувствовала. Это только потом мне пришло в голову.

— Когда именно?

— Когда я узнала, что Олю подозревают в убийстве, я подумала: наверное, из-за этого пистолета.

И сразу вспомнила, как Петров открывал ящик.

— А потом, после второго сентября, кто-нибудь посторонний приходил к вам, открывал ящик?

— Из посторонних никого. Только вы. Кто-то еще к Оле зашел, сразу после вас. Я мельком увидела, он в кухне сидел, в комнату не зашел. Толстый такой мужчина, солидный. Я потом спросила Олю: кто это, она сказала, мол, знакомый.

— Сама Ольга при вас за последние дни открывала ящик? Брала в руки шкатулку с пистолетом?

— Не помню.