Метель

Отец кривит губы и, не удержавшись, с тяжким вздохом опускается на стул.

— Сын… ты же понимаешь, что по-другому и не могло быть, — говорит сдержанно. — Девочка — сирота, из неблагополучной среды и рано или поздно…

— Ты не понял, — перебиваю его металлическим тоном. — С этого момента у тебя больше нет сына.

Самоуверенное выражение лица мгновенно превращается в суровое недоумение, хотя он еще не до конца осознает всю серьезность моих слов. Но я не даю отцу шанс реабилитироваться и спокойно разворачиваюсь, чтобы уйти.

— А ну-ка стой!..Ты, что такое говоришь?! — слышу недовольный вопль за спиной, но никак не реагирую."

"Однако он не планировал так просто отпускать меня. Нагнал у двери и рывком остановил за плечо.

— Что за представление ты тут устраиваешь?! — грозно сокрушается. столкнувшись с моим непреклонным взглядом.

— Ты все слышал, — отвечаю, стиснув зубы до скрипа, потому что с трудом сохраняю самообладание. — Не доводи до того, чтобы мы стали врагами!

— Что?! Да что бл*ть на тебя нашло!? — его начинает колотить от негодования и полной потери контроля над ситуацией.

 — Это что все из-за нее? Ты совсем из ума выжил?! Это так ты меня благодаришь, за то, что я беду отвел. за то, что беспокоюсь о тебе?!

Я смотрю на него, и разочарование прогоняет яд по моим венам. Но внутри такое пепелище, что даже спичка не загорится.

— Знаешь, есть хорошая поговорка, — говорю хладнокровно, а у самого в горло шипы впиваются. — Если хочешь, чтобы твой сын твердо стоял на ногах, дай ему самому найти опору.

Ведь любовь отца не должна соизмеряться в том, насколько я оправдал твои надежды! А в том, смог пи ты принять мои ошибки, — его лицо вытягивается на глазах, но я стою на своем. — Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне. Я снимаю с тебя этот груз. Наши взгляды на жизнь никогда не сходились в одной точке. И ты сделал все, чтобы никогда уже не сошлись.

— Одумайся, сынок, — сурово качает головой, глядя на меня исподлобья. — С горяча наговоришь — потом жалеть будешь.

В ответ я лишь грустно усмехаюсь и наклоняюсь к нему близко-близко.

так, чтобы видел все, что горит внутри меня.

— Я жалею только об одном, — сообщаю вкрадчиво. — Что слишком поздно узнал о твоих «благих» намерениях. Так на что хватило твоей совести, чтобы добиться своего? Что ты успел ей наговорить? Чем надавил?..

— Что ты несешь?! — гневно отрезает, отступая от меня на шаг. — Я не понимаю твоих грязных намеков, так что придержи язык!

Презрение отражается в моих глазах.

— Я даже не удивлен.