Он прикоснулся пальцами к моему подбородку, скользнув по приоткрытым губам, даря легкую нежную ласку, словно прося прощение за то, что последует, и резковато толкнулся вперед. Задохнувшись от жалящей болезненности, хватанула ртом тяжелый воздух, не сразу смогла сделать выдох, совершенно не ожидая того, что боль будет настолько кусачей.
Мой мужчина замер во мне, предоставляя время, чтобы немного привыкнуть к этой необычной наполненности и болезненности первого проникновения.
— Как ты? — обеспокоенно спросил Вадэмиан, наклонившись и заглядывая в мои точно шальные глаза.
Я сглотнула, неуверенно улыбнулась. Щеки лизнуло жаром. Признаться, это было очень неловко. Лежать распластанной под одним мужчиной, с погруженным в меня естеством, и отвечать на вопросы другого, но тоже моего мужчины.
— Странно, — выдохнула я, прислушиваясь к себе. — Но уже почти не больно.
Взглянула на Никлауса, с волнением отмечая его напряженность и подрагивающие руки, закушенную губу и испарину на лбу, робко улыбнулась и первая качнулась вперед, шепнув своему дракону в губы:
— Двигайся, Никлаус, пожалуйста.
Все в порядке. Честно.
Муж вымученно улыбнулся, качнулся назад и вновь сделал глубокий толчок, от которого я не смогла сдержать вскрика и прикрыла глаза, вновь ощущая отвлекающие ласки сразу всех моих мужчин.
Дракон еще раз качнулся внутри меня, проникая еще глубже, потихоньку наращивал темп, заставляя меня выгибаться и тихо постанывать, и словно срываясь от этих стонов, ускорил темп, наклоняясь и целуя закушенную от напряжения и удовольствия губу.
Приоткрыла рот, впуская своего младшего мужа, подхватывая и посасывая его язык, дернувшись от прикосновения к набухшему комочку жестких, но одновременно нежных пальцев, растирающих маленькую горошинку.
Всхлипнув, замотала головой, не в силах справиться с последующими глубокими толчками, переполняющие, раздирающими эмоциями каждую клеточку ощущениями, чувствуя, как вместе с тем в груди разгорается нечто необычное, неестественное, но в то же время светлое, плотное и пугающее, разносящееся по моему телу белесо-желтоватой вспышкой, захватывая, но не подчиняя, а словно стирая некие ранее запретные грани.
Не выдержав этой переполненности, громко закричала, сжимаясь, и слышала вторящий мне рык, переходящий в стон, от моих драконов. Взрывалась и сотрясалась всем телом от всепоглощающих, омывающих каждую частичку наших с драконом тел эмоций, которого в тот удивительный миг я чувствовала, как себя.
