Как же сильно я люблю тебя и горжусь, ты бы знала.
– И я тоже люблю тебя, пап. Обещай, что в наступившем году будешь самым счастливым.
– А ты обещай, что будешь счастливой всегда.
Уверенно киваю, отступая, и поворачиваюсь к окну. С восторгом наблюдаю за десятками ниспадающих искр, трепетное воодушевление охватывает грудь. Елисей подходит ближе, заставляя меня замереть в ожидании. За спиной вдруг закрывается дверь с мягким хлопком, и я тут же попадаю в крепкие объятия, улетая в космос от головокружительного поцелуя.
Напористого, как морозный ветер, взрывного, как самый большой салют. Дрожь стекает по шее, рассыпается звездами по груди и плечам.
– С Новым годом, Лана, – шепчет Елисей, потираясь носом о мой нос.
– С Новым годом, – повторяю я, закидывая руки на его плечи. – Уже чувствуешь себя преисполненным сил для будущих свершений?
– Чувствую себя… просто хорошо.
– Всего-то?
– Очень хорошо, – смеется он и тянется за еще одним поцелуем.
И уже не важно, с чего все это началось, кто придумал сценарий и распределил роли. Главное – это хороший конец, и у нас он именно такой. А может, и не совсем конец. Все только начинается.
Эпилог
Пять месяцев спустя– Лана, только не говори, что собираешься идти в этом, – хмурится Катя, оглядывая меня с головы до ног.
– Может, ты меня впустишь для начала, а потом будешь критиковать?
Она отступает и взмахивает рукой, учтиво кивая. Смеюсь над милой пародией на дворецкого, закрывая за собой дверь, снимаю кроссовки и шагаю к комнате Кати.
Замираю у порога и неодобрительно качаю головой. На тумбочке у кровати стоит ряд пустых чашек, рядом кучка оберток от конфет. Одеяло скомкано, пара подушек валяется на полу. Двери шкафа распахнуты, поверх гладильной доски висят платья и рубашки.
– Какая же ты свинюшка, – говорю я и наклоняюсь, чтобы подобрать одну из подушек.
– Творческий беспорядок – моя естественная среда обитания, – отвечает Катя, выбивая подушку из моих рук.
– А ты у нас кто? Девушка рэпера? Что за наряд? Собираешься на стрелку? Или картошку копать?
– Нормально я выгляжу. Футболка и джинсы всегда к месту.
– К какому? Заднему?
Катя бросает в меня комком темно-синей шифоновой ткани и попадает точно в цель. Стягиваю с головы платье и разворачиваю его, наморщив нос:
– Слишком короткое.
– Переодевайся! – безапелляционно заявляет она.
