Открываю пачку салфеток, достаю одну и обхватываю запястье свободной руки Елисея. Ток пронзает подушечки пальцев, вызывая дрожь, движения теряют ловкость и легкость, но я осторожно прохожусь влажной тканью по покрасневшим костяшкам. Его кожа такая холодная…
– Я уже вымыл руки, – отдергивает ладонь Елисей.
Чувствую его раздражение, колючей щеткой царапающее грудь. Хочется провалиться сквозь землю, чтобы вынырнуть на другой стороне Земного шара и крикнуть: «Катя-я-я! Твой план не работает!»
– Где ты их вымыл? – спрашиваю я скованно.
– В реке.
Резко вскидываю подбородок и распахиваю глаза:
– Совсем ненормальный?! А чего сразу в унитаз не окунул?! Знаешь, сколько в речной воде всяких палочек?!
– И где же я так провинился? – устало спрашивает Елисей.
Он возвращает мне стакан, выхватывает упаковку салфеток и тщательно вытирает руки, грозно глядя исподлобья. Осторожно протягиваю ему пузырек антисептика, натянуто улыбаясь. Видишь, генерал, я забочусь о тебе, прими это с благодарностью. Он выдавливает гель на ладони и растирает его, взбешенно сжимая губы.
– Довольна?
Как ему сказать? Не очень… Я должна быть его спасением, а не наказанием.
– Неплохо бы услышать спасибо."
"– Спасибо? Спасибо?! Ну, спасибо тебе, Лана, за то, что никогда не делаешь то, о чем тебя просят!
Кажется, я его довела. Стыдливо опускаю голову, кусая щеку изнутри. А где же милый разговор под звездами? Смущенные взгляды, переход на новый уровень доверия? Думай, Лана. Думай! Растерянно качаю головой и развожу руками:
– Но…
– Я сказал не поднимать шум, а что сделала ты? Вывела всех на террасу! За это я должен тебя благодарить? За то, что ты сделала все наоборот?!
– Их было много! Я хотела помочь!
– Я похож на того, кому нужна помощь?!
– Не кричи на меня!
Елисей ведет подбородком в сторону, напрягая шею.
Под бледной кожей пульсируют жевательные мышцы. Он замирает на несколько секунд, а после возвращает себе холодное равнодушие:
– Ты можешь просто оставить меня в покое?
– Не могу, – отвечаю я, не задумываясь.
– Это шутка?
– А тебе смешно?
Елисей угрожающе наклоняется вперед:
– Ты видишь улыбку на моем лице?
Он что, пытается меня напугать? Признаюсь, выглядит действительно жутковато, но сходство с моментом из фильма «Темный рыцарь» меняет эффект с точностью до наоборот. Зеркалю жест Елисея, приближаясь к его лицу:
– Хочешь знать, откуда эти шрамы? Мой папаша…
– Ты ненормальная, – глухо шепчет он, отклоняясь.
– Ты первый начал.
