– Тогда зачем пришел?
– Хотел поговорить без свидетелей.
– Поговорить? А чего еще пару лет не подождал? – с тихой злостью отвечаю я. – И откуда ты знаешь, где я теперь живу?
– Твоя мама сказала моей, и…
– Ясно, – обрываю его я.
Получается, он знал и о разводе родителей, но так и не объявился ни разу, чтобы хотя бы поинтересоваться, как я? Хороший друг.
– Лана… – печально вздыхает Сева. – Я…
– Ты, Сева. Ты, – киваю я, напряженно усмехаясь. – Ты прекратил наше общение, просто взял и исчез, а теперь хочешь о чем-то поговорить?
– У меня не было выбора.
Ты же знаешь, что нашим школам запрещено…
– Даже слушать это не стану. Хотите заниматься ерундой и играть в противников? Пожалуйста, но без меня.
– Без тебя? – Он вскидывает светлую бровь. – Сегодня ты была в центре событий и показательно выбрала сторону.
– А чего ты ждал? Что я вас прикрою, помогу?
– Что ты не станешь вмешиваться.
Ток пробегает вверх по позвоночнику и ударяет в голову так, что из глаз едва не сыплются искры. Отчего все решили, что могут раздавать мне приказы?
– Пока, Сева.
Дергаюсь к двери, но он успевает схватить меня за руку чуть выше запястья:
– Прости. Я не это имел в виду.
Его голос такой же нежный, а прикосновение осторожное и трепетное. Сердце реагирует привычно, словно и не было нескольких месяцев нервирующей тишины. Но разум помнит: они были, и теперь я знаю причину, даже не задавая наводящих вопросов. Правда, один все-таки есть.
– Если тебе запрещено общаться со мной, то что ты здесь делаешь?
– Хотел убедиться, что ты в порядке.
– Мог бы просто написать.
– А ты бы ответила?
Выкручиваю руку, освобождаясь от захвата, и оборачиваюсь. Взгляд упирается в его губы, тепло поднимается от груди к лицу. Я мечтала о нашем поцелуе весь прошлый год, представляла, как это будет. Что Сева позовет меня наконец-то на свидание, мы прогуляемся по парку, съедим большой рожок мороженого на двоих или выпьем горячий шоколад в кафе, а после он проводит меня домой и…
– Лана, мне жаль, – говорит Сева, шагая ближе.
Останавливаю его, упираясь ладонью в грудь, и опускаю голову:
– Мне тоже.
– Я хотел написать…
– Но не сделал этого.
Мы стоим так близко, сердце оживленно колотится, заглушая завывание ветра. Я скучала, нуждалась в его поддержке, но… быть в банде командующего для него, очевидно, важнее. Земля дребезжит под ногами и расползается широкой призрачной трещиной.
– Не стоит тебе нарушать правила, друзья не одобрят.
– Они не узнают.
– Я не буду играть в эти игры.
