Метро 2033

Да это любой своей шкурой чувствует, как туда нос покажет, вон даже и Сергеич, — долговязый указал на своего бородатого спутника. — Точно, — подтвердил заросший Сергеич и зачем-то перекрестился. — Так они ведь туннели охраняют? — уточнил Мельник. — Каждый день дозоры стоят, — кивнул усатый. — И хоть раз поймали кого-нибудь? Или видели? — выспрашивал сталкер. — А нам почем знать? — развел руками тот. — Я не слышал. Да там и ловить-то некого. — А что местные про это говорят? — не отступал Мельник.

Долговязый на это вообще ничего не ответил, только махнул обреченно рукой, зато Сергеич оглянулся зачем-то назад и громким шепотом сказал: — Город мертвых… — и тут же снова принялся креститься.

Артем хотел было рассмеяться — слишком много он уже слышал историй, басен, легенд и теорий про то, где именно обретаются в метро мертвые. И души в трубах по стенам туннелей, и врата в ад, которые копают на одной из станций… теперь вот Город мертвых на Парке Победы. Но призрачный сквозняк заставил Артема подавиться смехом, и несмотря на теплую одежду его прохватил озноб.

Хуже всего было то, что Мельник умолк и прекратил все расспросы, хотя Артем надеялся, что тот просто пренебрежительно отмахнется от такой нелепой мысли."

"Весь остаток пути они прошли молча, каждый погруженный в свои мысли. До самой Киевской туннель оказался совершенно спокойным, пустым, сухим и чистым, но вопреки всему тяжелое, давящее ощущение того, что впереди ждет что-то нехорошее, сгущалось с каждым шагом.

Как только они ступили на станцию, оно нахлынуло, словно прорвавшиеся грунтовые воды — такое же неудержимое, такое же мутное и ледяное. Здесь безраздельно правил страх, и видно это было с первого взгляда. Та ли это «солнечная Киевская», про которую ему говорил кавказец, сидевший с ним в одной клетке в фашистском плену? Или он имел в виду станцию с тем же именем, расположенную на Филевской ветке?

Сказать, что станция была заброшена, и что все ее обитатели бежали с нее, было нельзя.

Народу здесь было довольно много, но создавалось впечатление, что Киевская не принадлежит ее жителям. Все они старались держаться кучками, палатки лепились к стенам и друг к другу в центре зала. Необходимая по правилам противопожарной безопасности дистанция нигде соблюдена не была — наверное, живущим в этих палатках людям приходилось остерегаться чего-то куда более серьезного, чем огонь.