— Только в моем доме хозяйничают оккупанты. Пришли и напали, как гнильщики, бесчестно… я уже не говорю про нарушенное перемирие и газовую атаку.
Иван слушал, сжав зубы.
— Не хрен было пиздить наш генератор! — он наконец не выдержал. Заебали уже со своим фарсом.
— Что? — Ахмет-младший удивленно поднял брови. Была в нем какая-то внутренняя сила, особое благородство хищного зверя. Красивый мужик, оценил Иван. Но какой-то дерганый.
— Какой еще генератор? — Ахмет поморгал. — О чем он? — он повернулся к начальнику охраны.
Тот пожал плечами.
— Ой, давайте без этих, — сказал Иван. — Мне эти ваши увертки…
— Язык придержи, — мягко предупредил Рамиль. Иван понял, что еще чуть-чуть и будет больно. Рамиль хорошо двигался, как подготовленный танцор. Собака бешеная. Наслышаны про твои подвиги. Иван повел плечом. «Макаров» забрали, надеюсь, хоть потом вернут.
— А зачем? — Иван усмехнулся. — Будешь стрелять — стреляй, не хрен мне тут указывать.
— Объясни ему, Ахмет, — сказала вдруг девушка без имени.
— пожалуйста.
— Что объяснить? — спросил Иван. И вдруг понял, что у него озноб идет по затылку и спине. Чертова интуиция. Лучше бы мне этого не слышать… Иван выпрямился. — Что?
Его величество Ахмет Второй улыбнулся. Белозубый, сука, зубы ровные, словно не в метро живет.
— Мы не брали ваш дизель.
— Угу, — сказал Иван.
— Я говорю правду. Ни о каком генераторе мы не слышали. Зачем он нам? У нас, как ты заметил, централка.
Центральное освещение осталось в метро на трех станциях: вернее, трех узлах.
Проспект Ленина, узел Садова-Сенная-Спасская, и узел Маяк-Восстания.
— Я слышал, у вас проблемы с ней.
— Проблемы? — Ахмет вздернул тонкие красивые брови. — Какие — кроме вас, конечно?
Иван дернул щекой. Пожалуйста, пусть это будет вранье, мысленно попросил он. Обмани меня, Ахмет. Я хочу, чтобы это было вранье.
— Зато, — сказал Ахмет. — У меня незадолго до этого было посольство с предложением объединиться. Мир, дружба и взаимопомощь. Красиво звучит, верно? Догадываешься, кто это были — вернее, чье посольство?
— Чье? — Иван мучительно пытался не верить.
Твою мать, Ахмет, ну соври ты мне, а?! Ну что тебе стоит?
— Скажем, фамилия Орлов тебе о чем-нибудь говорит?
Еще бы. Иван почувствовал, как начинает уходить земля из-под ног.
— Я отказался, — сказал Ахмет. — Потому что красиво сказанная вещь — далеко не всегда красиво выглядит. Ваш Альянс хочет расширяться? Ради бога. Но не за мой счет. И не за счет моей станции.
