Черная маслянистая жидкость стекала по телу твари из многочисленных ран. Кровь? Одна из конечностей твари была почти странно изогнута — словно по ней били чем-то тяжелым. В ярости.
«Ты со скинами, мля, связался, понял?!»
Тварь смотрела. Ее словно перекосило на один бок.
Черная жидкость медленно растекалась по гранитному полу.
Похоже, подумал Иван, не только я тут держусь из последних сил.
— Ну, чего ты ждешь? — спросил Мемов у твари. Шагнул вперед.
Между Иваном и «пассажиром». Поднял пистолет, прицелился в круглое маленькое, почти детское лицо.
— Я, может быть, сволочь и урод, Иван, — сказал генерал негромко, не оборачиваясь. — Но я не политик. Между тварью и человеком я все-таки выберу человека.
Выстрел. Вспышка. Лицо твари дернулось.
— Нет, — сказал Иван беззвучно.
В следующее мгновение чудовищный удар отбросил Мемова. Генерал взлетел под потолок и обрушился вниз, покатился, словно был совсем без костей. Может, так оно теперь и было.
«Ты убьешь собственного отца».
Лицо Блокадника снова приблизилось к Ивану…
Вспышка.
Вспышка. Вспышка.
Рядом с глазами твари появлялись новые черные дыры. Иван поднял взгляд.
Рядом с ним стояла Таня в белом подвенечном платье, забрызганном кровью, и держала в руках револьвер Сазонова. Из ствола «кольта-питона» поднимался дымок.
Медленно, словно огромное строение, Блокадник завалился набок и упал. Иван почувствовал телом, как сотряслась платформа. Кончено. Умирающая серая тварь протянула к Ивану длинную лапу… Замерла. Из провалов глазниц — круглых, бездонных — на него смотрела иная экосфера.
Резервный вариант, в котором человечеству попросту не было места.
Мы — динозавры, подумал Иван.
Трицератопс, бронтозавр, игуанодон. Человек.
— Да пошли вы, — сказал Иван серому. — Мы вас все равно поубиваем нахрен. Голыми руками передушим, если понадобится. Вы, мля, еще не поняли, с кем связались! Вы с человечеством связались, поняли?!
Серый смотрел.
И тут Иван все понял. Моя «точка сборки».
Старик был прав. Существуют цели другого уровня.
Не спасение отдельного человека, а — человечества.
И генерал был прав. Веганцев нужно остановить. Даже если это люди.
Не природа делает человека человеком, а нечто другое. Сын старика больше человек, чем тот же Сазонов. Чем те же веганцы…
Иван сжал зубы и застонал. Все потеряно.
И никто за мной не посылал эту тварь. Ее послали за Мемовым, когда чужие — веганцы? — почувствовали, что генерал опасен. А тварь приняла меня за него, потому что мы близкие родственники.
