Когда он шел в Полис, чтобы предупредить о черных. О жуткой угрозе ВДНХ, всему метро и всему человечеству. Дурак. Тоже Мельникова и тоже «Бор». Как вчера и как век тому назад. За эти неполных три года он прожил больше, чем за предыдущие двадцать четыре.
– Мельник, – клацнуло в динамике.
И сразу ушел бездумный настрой. И снова накатило, сжало кишки. А если Мельник не признает его?
– Тут чудак какой-то. С поверхности голый пришел. Ну без химзы, как. Да! Говорит, Артем. Просто Артем. Да. Ваш Артем. Ну ваш, то есть, товарищ полковник.
Так сказал.
В трубке перестали скрежетать, замолчали.
А если он откажется от Артема? Ведь не он звал же его сюда. За эти два года ни разу не послал за ним. Не справился даже, как там Анечка его. Как отрезало. Зря Артем ждал.
– Я занят, – шипастой шестерней провернулось на том конце.
– Можно трубку? – не выдержал Артем.
Караульный нехотя подпустил его.
– Святослав Константинович. Это Артем. Анин муж.
– Артем, – повторил за ним ржавый, надломленный голос.
– Ты зачем пришел?
– Скажите им, чтобы впустили, Святослав Константинович. Я без резины, без документов.
– У меня тут ЧП. Не могу разговаривать. Надо идти.
– Мне обратно лезть, наверх?
Трубка опустела. Караульные слушали ее вместе с Артемом, но там шипела тишина. Та же, что и в последние два года. Мельник не хотел ему отвечать. Начальник заставы сжал и разжал пальцами невидимый фонарик-жучок, требуя от Артема вернуть телефон. В караулке стало чуть темнее.
– ЧП – это на Театральной, да? – спросил Артем.
В телефоне нехотя проснулись.
– При чем тут Театральная? На Охотном ряду взрыв. До Полиса – один перегон. Надо выяснять, что…
– Охотный ряд – ерунда. Я только оттуда.
– Какого ты черта там…
– А вы… Вы про Театральную не знаете еще ничего? Про вторжение? Не доложили еще?
– Какое еще вторжение? Ты что несешь?
– Скажите, чтобы впустили меня. Я по телефону не буду. Вам – расскажу.
Стукнуло: Мельник положил трубку на стол. Донеслось, брошенное в сторону: «Анзор! Что там со Смоленкой? Выдвинулись они? Да, идем! Бери Летягу! За мной через минуту!»
Артем вцепился в разогретый пластик.
– Свято…
– Ладно. Давай старшего сюда. Через десять минут на Библиотеке.
* * *Полис.
В московском метро были станции, жившие сыто. Немного – но имелось. В сравнении со станциями нищими, дикими или заброшенными они казались раем. Но в сравнении с Полисом оказывались свиным хлевом: сытым – правда.
