Меж светом и тьмой 3

— Посмотрим, что ты скрываешь…

Корсаков, включивший автономный режим доспеха с полным радиомолчанием и подлетел к обломкам форта на границе базы у уходящего вдаль каньона. Идеально — никого рядом нет, и Покровского никто не видит.

Ментальный щуп коснулся разума и… пока всё вроде бы было нормально. Может, и правда в тот раз подключился к теневой твари?

Корсаков тем самым откинул лишь простые сценарии, что Покровский — это замаскированный монстр. Теперь требовалось выяснить, кто же его покровитель и о чём его планы.

Игнат едва успел ухмыльнуться, как вдруг ощутил, фигурально, словно когти его смерти вцепились ему в шею. Он попытался разорвать контакт. Но к его ужасу это не получилось. Попытался закричать, хотя краем сознания понимал, что его не услышат. Но разум как будто отделило от тела.

Бесконечно долгую секунду он плавал в кромешной тьме, дезориентированный и шокированный. Из бездны на него взглянуло множество глаз, казалось смотрящих в душу. И он готов был поклясться, что одни глаза были жёлтыми, с вертикальными зрачками.

Иллюзорный мир: столкновение воли!

Титанически усилием Корсаков восстановил самообладание и применил абсолютно секретную технику. Отдача, которая грозила отправить его спать минимум на сутки, сейчас не волновала. Надетые на тело артефакты поддерживали раскрытие одной из мощнейших техник Корсаковых.

Бездна отступила — жуткие глаза исчезли без следа. Мужчина оказался на огромной глянцевой плоскости, похожей на натёртый до блеска камень. В небе словно развели масляные краски синих и алых оттенков.

— Ого… ненавижу мозголазов, — проворчал, осматриваясь, черноволосый мужчина в чёрном камзоле, расшитом серебром. За его спиной мерцали едва различимые чёрно-белые потоки энергии, как будто развевающиеся на ветру.

— Ты… не Покровский! Я знал! — торжественно воскликнул Корсаков.

— Верно, хотя он тоже со мной. Моё имя Осборн. Чему ты радуешься? — мужчина с интересом наклонил голову.

— А ты не понимаешь⁈ Это мой мир! Я могу сделать с тобой что угодно! И здесь ты расскажешь мне абсолютно всё!

— Уверен? — лже-Покровский лишь усмехнулся.

— Я сотру эту наглую ухмылку! Ещё никто без моего дозволения не выбирался из этой техники в рассудке. Вопрос первый, блоха, к какому роду ты принадлежишь! А это для демонстрации!

В вытянутой руке Корсакова возник пылающий стометровой клинок.

— Не к роду. Я магистр Ордена Равновесия.