– Будешь держать силой? – Почему-то у меня в душе поселилась мысль, что он не сможет сделать мне больно. Ни физически, ни морально.
– Нет, я уйду с тобой, – тихо добавил мужчина. А я пораженной охнула.
– Бросишь свой народ? – одновременно я чувствовала себя невероятно значимой, но вместе с тем совесть, будь она неладна, снова начала грызть меня изнутри.
– Думаю, отец меня поймет, – А вот сейчас в словах мужчины промелькнуло сомнение. Я не стала акцентировать на этом внимание. Легла на его грудь и смотрела на океан.
Мужчина гладил и перебивал прядки волос, а я так и уснула в крепких мужских объятьях
Глава 10"
"Быт в доме Шарета был размеренный и хорошо налаженный. Док меня выписал в тот же день, неодобрительно покачав головой, но ничего не сказав. Я чувствовала себя падшей женщиной, и те взгляды, что бросали на меня кухарка и домработница, баллов к самооценке не прибавляли. Был еще садовник в штате, но тому было плевать на все. К слову, это был муж кухарки. Вернее, не муж, а любовник или сожитель.
Не знаю, но суть в том, что, несмотря на то что правят здесь мужчины, у женщины особый статус. Не она приходит в дом мужа, а он в ее дом. И при этом у одной женщины может быть таких мужей парочка. С тем условием, что женщин становилось все меньше и меньше, то понятно, что это всех устраивало. При этом дети не разделялись. В том плане, что все дети были женщины. И если мужчина хотел к ней прийти как муж, то, соответственно, и детей должен помогать воспитывать и содержать.
Хотя воспитанием занималось скорее общество, чем сама женщина. С самого маленького возраста дети ходили в школы, и их там учили не чтению с математикой, а как обращаться с оружием и как выжить, если на вас напали хармиты.
Не удивительно, что я не стремилась попасть на материк и посмотреть все своими глазами. Обрывков рассказов и косых взглядом от слуг мне хватало. Времени, чтобы подумать, у меня было выше крыши. Шарет утром уезжал на пароме на материк, где его ждали дела и куча обязательств, и лишь затемно возвращался домой.
Я первое время порывалась приготовить что-то сама. Хотела удивить и поразить мужчину, но так случилось, что моя стряпня удивительным образом оказалась испорчена, я догадываюсь, каким это образом, но доказать ничего не могла, а голословно обвинять в чем-то кухарку Дору не могла. Итогом стало то, что я прекратила готовить для Шарета, но ела лишь то, что готовила сама. В душе поселилась паранойя.
