Межсезонье

 — Да только понимающие люди готовы и сами приплачивать, чтобы туда не взяли.

— А что так? — насторожился я.

— Некоторые оттуда не в себе возвращаются. А некоторые и вовсе пропадают. Был человек — и не стало.

— Остальные что говорят?

— Ничего не говорят. Никто ничего не видел. Просто утром просыпаются, а человека нет. Бывает, правда, через месяц-другой их какими-то пришибленными обратно привозят. Но редко."

"— Пришибленными — это как? — заинтересовался я и покрутил пальцем у виска. — Немного того?

— Да нет, соображают они нормально, — шмыгнул носом Рыбак.

 — Только нелюдимые больно. С корешами общаться перестают. Молчат все больше. На вопросы не отвечают.

— И никто их расспросить не сумел? — удивился Джек.

— Да от них избавляются почти сразу. Сначала к счастливчикам отселяют, а потом досрочно освобождают. Чтоб глаза, значит, не мозолили.

— Уведите его, — приоткрыл дверь Джек.

— И куда теперь? — погрустнел Рыбак.

— Поишачишь пока на королевских верфях, потом как тех юродивых — на волю, — пожал я плечами.

 — И смотри, никому о нашем разговоре ни слова. Услышит кто не тот и отправишься на корм рыбам. Ясно?

— Ясно.

Конвоиры вывели каторжанина из комнаты, и Джек тут же повернулся ко мне:

— Ты чего-нибудь понимаешь?

— Нет, — признался я.

— Аналогично. — Рыжий нервно потеребил ус и прошелся из угла в угол. — Комендант тюрьмы отправляет заключенных на уборочные работы. Там некоторые пропадают…

— И королевский ревизор закрывает на отсутствие заключенных глаза, — вставил я.

— …а некоторых — вернувшихся «не в себе» — досрочно освобождают, — продолжил мысль Джек. — Остается понять, при чем здесь убитый таможенник. Ладно, Рох должен нас просветить…

— Имя.

— Эдвард Рох.

— Род занятий.

— Заключенный.

— Отбываете наказание в «Ржавой кирке»?

— Да.

Допрос лучника проходил по всем правилам: в подвал приволокли переносной столик, и постоянно облизывавший губы писец без остановки скрипел пером по бумаге. Сам Рох особого впечатления не произвел — моих лет парень, от легкой припухлости которого не смогли избавить даже тюремные харчи.

Давно не стриженные русые волосы, открытый взгляд светло-голубых глаз. И только ладони с длинными узловатыми пальцами выбивались из общей картины. Не так прост лучник, как прикидывается, совсем не так прост…

— И чем же ты там занимаешься? — Джек тоже понял, что разговорить стрелка задача не из легких. Не иглы же ему под ногти загонять, в самом деле. Хотя, если придется…

— На кухне кашеварю.