Не хотелось расставаться с ним в месте, где неизвестно что могло случиться. Хотелось быть рядом, чтобы в случае чего помочь, защитить. Пусть и понимала, что ганнер вполне способен сам за себя постоять.
– У нас осталось два часа до наступления темноты, – напомнил Дан. – Обратный путь займет тридцать минут. Так что если через полтора часа ничего не обнаружите, возвращайтесь на базу.
Даже отец мальчика не сказал ничего против, прекрасно понимая, что не имеет права требовать от кого-то идти на верную смерть ради его сына.
Да и большинство здесь были обычными работягами, которые и оружие в руках едва умели держать. Уже то, что они все сейчас здесь и готовы попробовать, заслуживало уважения. Но настроение у всех было однозначно не радостное, когда отряды разделились и двинулись в выбранных направлениях.
Арлас же не могла понять, почему к прежней тревоге за мальчика теперь прибавилась и странная ноющая тоска. Неприятное предчувствие грядущей беды. Что-то во взгляде Дана, брошенном на нее напоследок, не давало покоя, но она не могла понять, что.
Да и не было особо времени думать – следовало искать мальчика.
На сканере не раз мелькали зеленые точки, выдающие наличие неподалеку живых существ. Но судя по скорости движения, это не был ребенок. Какие-то местные звери, пока не стремящиеся нарываться на неприятности. Или их отпугивало большое скопление народу, потому и не нападали.
Чем больше времени проходило, тем мизернее становились шансы отыскать Сэма. Будь Арлас одна или с отрядом сокурсников, то может, и рискнула бы продолжить поиски и после наступления темноты.
Но рисковать вверенными ей жизнями мирных людей не имела права. Мелькнула даже мысль, что Дан специально назначил ее командиром отряда, чтобы ответственность за остальных помешала совершать глупости.
Еще раз глянув на часы, неумолимо показавшие, что отведенное время подошло к концу, Арлас глухо произнесла:
– Возвращаемся. С рассветом продолжим поиски."
"Поймала обреченный взгляд отца ребенка и поняла, что тот собирается остаться.
Сделала знак двум сокурсникам, оказавшимся в ее отряде, и те поняли без слов. Молча окружили мужчину и, несмотря на протесты, потащили за собой. Остальные, мрачные и хмурые, двинулись следом.
– Может, Сэм догадается на ночь залезть на дерево, – попытался подбодрить обмякшего в руках воинов отца мальчика один из рабочих.
Тот ничего не сказал, словно совершенно утратил способность хоть что-то соображать или чувствовать.
