Мятежная леди

Но может быть, теперь вам стоит называть меня Ричард или Дикон? Тем более что нам все равно предстоит узнать друг друга получше. Я обещаю, что не стану вас больше смущать.

— Но, сэр, виноваты не только вы. Я не сопротивлялась… по крайней мере, сначала, потому что такого… никак не могла ожидать. Ведь вы только что выказали мне свое неудовольствие. И еще — мне казалось, что я вам не особенно нравлюсь.

— Очень даже нравитесь, — мрачно возразил Керкхилл. — Мои чувства… Помилуйте, Фиона, разве мог я настолько разозлиться на того, кто мне безразличен? Так мы сердимся лишь на тех, кто нам дорог — очень дорог!

— Никогда не видела, чтобы гнев был таким ледяным, как у вас, — возразила она.

 — Вы все говорили и говорили, и с каждым словом мне становилось все хуже и хуже. Что я наделала! Какой глупой была!

— Не глупой, Фиона. Легкомысленной… немного безрассудной.

— Ради Бога, не начинайте опять! — взмолилась она.

— Тогда я пойду, — сказал Керкхилл сердитым голосом.

Он был раздражен по очень простой причине — отчего-то собственное поведение удивляло его куда больше, чем Фиону.

Керкхилл всегда гордился умением исполнять долг вне зависимости от личных ощущений и пристрастий. Но сегодня он повел себя самым недостойным образом. Ведь он ее опекун!

— Я чувствовала себя очень беззащитной! — вдруг сказала Фиона.

— Нет. Раньше, и два прошедших года, если на то пошло. В этом мире вся сила принадлежит мужчинам. Женщинам не досталось ничего.

Керкхилл усмехнулся:

— Да у вас в одном пальце столько силы, что любой мужчина, даже самый могучий, падет к вашим ногам.

Вы даже не представляете, с каким желанием мне приходится бороться и как я страшусь, что вы, не дай Бог, поймете, какой силой владеете.

— Да, вы. Но сейчас мы не будем говорить об этом, и уж тем более не в вашей спальне. Вам пора спать, а я спущусь вниз и выпью кружку-другую виски вместе с Тони.

Керкхиллу очень хотелось поцеловать Фиону на прощание, но он сдержал себя и торопливо вышел.

Наутро принести извинения гостям оказалось куда легче, чем Фиона предполагала, потому что все были в приподнятом настроении, готовясь поскорее пуститься в путь, кто куда.

Тем не менее, Фиона была очень искренней, когда говорила с ними и даже с Фелиной.

— Спасибо тебе, мама, что приехала сюда с Керкхиллом, когда родился мой крошка Дэвид! — добавила она напоследок. — Может быть, тебе показалось, что я не рада тебя видеть. На самом же деле я ужасно благодарна.