Мятежная леди

 — Забирайте мой ужин себе! — Схватив свою тарелку, она вывалила ее содержимое перед Керкхиллом. — А теперь, с вашего позволения…

Она не успела договорить, потому что Керкхилл вскочил и сжал ее запястье. Она попыталась вырваться, и тогда он легко подхватил ее на руки и понес во внутренние покои, захлопнув за собою дверь ногой.

Видит Бог, он терпел достаточно. Как же она его разозлила! Нужно объяснить леди Фионе, что придерживаться подобной тактики неблагоразумно и даже опасно. Дверь за ним захлопнулась, и Керкхилл со своей ношей направился к креслу возле камина.

Он сел, и Фиона оказалась у него на коленях.

Керкхилл поднял правую руку…

— Нет! Не надо! Умоляю, сэр, не надо!

Он хотел всего-навсего отвесить ей пару шлепков, чтобы слушала его внимательнее. И в мыслях не было сделать ей больно. Но откуда этот панический страх в ее голосе?

Керкхилл был в недоумении. Похоже, ей действительно страшно. Очень страшно. Более того, Фиона дрожала как осиновый лист и чуть не рыдала.

Нэн частенько подпускала слезу, чтобы избежать наказания. Однако то, что творилось с Фионой, не шло ни в какое сравнение.

— Успокойтесь, — сказал он, обнимая ее за талию. Его злость моментально прошла. — Возьмите себя в руки и расскажите, в чем дело.

Около минуты Фиона сидела неподвижно, почти не дыша, пока до него не дошло, что он все еще держит ее за руку. Он разжал ладонь, и Фиона соскользнула с его колен. Села на пол и посмотрела на него снизу вверх.

— Помилуйте, что, по-вашему, я собирался сделать? — спросил Керкхилл.

— Вы сами знаете что.

— Да, знаю. Шлепнуть вас разок-другой по спине, поделом ведь! Надо же преподать вам урок манер.

Кровь снова прилила к ее щекам. Фиона быстро опустила глаза, но Керкхилл успел заметить предательский блеск слез. Он нагнулся к ней, желая коснуться плеча, погладить по щеке. Ему хотелось привлечь ее к себе, сказать — в который раз, — что не надо его бояться. Но разве это допустимо? Хватит того, что в порыве гнева он унес Фиону в свои покои.

Единственное, что он мог сделать, чтобы избежать скандала, — так это продолжать начатый разговор со всей серьезностью. В конце концов, он ее попечитель и должен вести себя подобающим образом. Принимая во внимание ее возраст, задача начинала казаться Керкхиллу чертовски неприятной.

— Встаньте с пола, — приказал он.

Фиона медленно поднялась. Вид у нее был потерянный.