– Тогда это еще было не принято, мальчикам-то девять и семь, но у него же везде свои, он все устроил так, чтобы присутствовать… Не знаю, она, наверное, не переживет…
– Н-да… – сказал Игорь. На фоне собственной бесконечной домашней войны сусальные сказки о семейном счастье Сергея Мерцалова были ему неприятны. – Куда он попросил вас позвонить?
– Сейчас, сейчас, – пробормотала секретарша. – Да. Вот визитка. Туристическое агентство “Таласса”. Сергей Леонидович оперировал отца тамошнего генерального директора. Я все передала – на четверых путевки и билеты в какую-нибудь теплую страну, пятизвездочный отель, двухкомнатный номер, на две недели.
Да, он еще просил, чтобы не четырнадцать часов лететь. Ну, я все повторила в точности…
Игорь положил визитку в записную книжку.
– Потом Ирина Николаевна позвонила, – вспоминая, сказала секретарша. – И он уехал.
– Жена один раз звонила? – неизвестно зачем спросил Игорь.
– В приемную – один, – добросовестно сказала секретарша. – Может быть, она звонила в операционную, там у Сергея Леонидовича тоже телефон.
И на мобильный, конечно…
– Конечно, – согласился Игорь. – Скажите, Марина Викторовна, ничего странного не происходило в последнее время в институте или у Сергея Леонидовича? Может, его что-нибудь… смущало, пугало? Он ничего такого не говорил?
Секретарша улыбнулась:
– Его никогда и ничего не пугало, Игорь Степанович. Никогда. Именно поэтому он стал тем, кем стал. Скольких я знаю талантливых, необыкновенных, подававших надежды – сплошь пьяницы, неудачники, в лучшем случае статьи за кого-нибудь пишут.
В нашем мире пробиться очень сложно. Медицина консервативна даже больше, чем… – она поискала слово, – православная церковь. Он все смог. Всех убедил, взял штурмом, заставил верить в то, что может руководить институтом, преподавать, совмещать… Это в тридцать пять лет! Нет, он никогда не боялся. Злился, орал, и не по делу, бывало, но боялся?.. Нет. И не жаловался никогда. Что поделаешь – герой, супермен, ему нельзя было жаловаться…
Игорь слушал развесив уши.
– Его здесь все любили, – закончила Марина Викторовна и трубно высморкалась. – Теперь ничего не будет, все на нем держалось…
– А замы? – спросил Игорь осторожно.
– Замы – это замы, – непонятно ответила Марина Викторовна. – Что вы хотели, Эля?
В дверь заглядывала хорошенькая девица, очень молодая, как показалось Игорю с первого взгляда. Волосы – до попы, личико сердечком, в глазах – скорбь.
– Приехал Александр Дмитриевич, – сказала она Игорю.
