А наутро… Появившийся на странице Вадима пост с фотографиями о проведенном накануне романтическом вечере мигом вернул ее с небес на землю: не будет она просить у него помощи! Лучше ему вообще ничего не знать о Марте! Ну и что из того, что придется жить с мужчиной без любви, делить с ним постель? Ради жизни ребенка женщины шли и не на такие подвиги!"
"Вот так и получилось, что вместо того, чтобы отправить письмо Вадиму, спустя три недели она позвонила Генриху. Через десять дней уже вместе они въехали в скромный арендный домик, принадлежавший строительной компании Роберта.
Втайне тот больше других радовался такому исходу событий: слишком много вопросов у сотрудников вызывала женщина с ребенком, непонятно по каким причинам живущая практически в здании офиса, слишком много приходилось готовить бумаг для разных миграционных служб. Вот и славно: теперь это станет заботой Генриха.
«Почему я сразу не рассказала Вадиму о беременности? — едва не застонала Катя, не замечая, как по щекам текут слезы, а на скатерти разрастается мокрое пятно.
— Почему не отправила письмо? Все было бы иначе! Пусть не так, как в кино, не так, как в моих нечастых фантазиях, но все равно было бы иначе! Генрих никогда не закрыл бы меня собой перед дулом пистолета: упал бы на землю, крикнул «Ложись!». А Вадим даже доли секунды не раздумывал… Потому что он другой! И если о ком-то заботится, то бескорыстно, не пытаясь что-то выторговать для себя.
А отношение к людям, которое я сегодня наблюдала? Внимание и уважение к каждому сотруднику, независимо от статуса и должности! Тот же Генрих подчеркнуто пренебрежительно относится к тому, что я до сих пор убираюсь в офисе. Мол, недостойно. А что тут недостойного? Да я благодарна Роберту за такую подработку! И подчиненные Вадима ему благодарны: и за работу, и за отношение.
Он всегда таким был. И нас с Мартой не оставил бы без помощи… Все могло быть по-другому! — прикрыла она рот ладошкой, чтобы не разрыдаться. — Ты не прав, папа: Вадим — не подонок! Это не он предал, это я не позволила ему позаботиться о нас! Не знаю, какой между вами случился разговор по телефону, почему он отказал в помощи. Но уверена: поговори я с ним тогда сама, признайся, что это наш ребенок, все было бы иначе.
