Миг бесконечности. Том 2

— Понимаешь, когда папу неожиданно отправили в отставку, он первое время не знал, чем заняться. Энергии еще море, а кроме как о службе, ни о чем понятия не имел. Чего только ни перепробовал: и торговать, и технику ремонтировать. Он ведь военный инженер, руки золотые. Даже землю хотел взять в аренду, теплицы построить и овощи выращивать. Мама перед смертью успела отговорить.

Катя ненадолго замолчала.

— Я жила в Минске, бабушки умерли. С родным городом его больше ничего не связывало. Честно говоря, я сейчас поражаюсь: как он тогда все вынес, не запил с горя, не сломался? — подняла она взгляд на Вадима.

— Потому что настоящий полковник, — не задумываясь, ответил Вадим. — И что дальше?

— Дождался, пока вступит в наследство, продал два дома, нашу двухкомнатную квартиру и купил домик в Ждановичах. Отремонтировал его, стал искать работу. Бывший сослуживец пристроил бригадиром на автомойку, где папа быстро стал руководителем и предложил Виталику построить свою: оказывается, даже место присмотрел. Сам решал все вопросы, сам занимался строительством, открыл, отработал год — и подхватил воспаление легких.

— Вот и сказался нервный стресс, — заметил Вадим. — Пробило защиту. Рано или поздно это должно было случиться. Извини, что перебил, продолжай.

— Он очень тяжело болел, и если бы не Арина Ивановна, теперешняя его жена, неизвестно, чем бы все закончилось. Она была его лечащим врачом, — Катя помолчала и продолжила: — Виталик уважал тестя за то, что он не собирается сидеть сложа руки. Львиная доля финансов на строительство от него шла.

— Понятно. А официальный владелец кто?

— Насколько я знаю, официальных владельца два — папа и Виталик. Но ты же понимаешь, что это лишь по бумагам. На деле отец выплачивает компаньону одолженную сумму, проценты, прибылью делится. Остального не знаю, в их финансовые дела я никогда не встревала. Слышала только, что папа рассчитывается с ним поквартально.

«А ведь, скорее всего, деньги, которые мне одолжил, он взял именно из этой суммы! — осенило ее. — Что же я наделала!»

— Что еще, договаривай, — снова глянул на нее Вадим. — Говори, скрывать от меня нечего.

— Не знаю, пока это лишь догадка… — заерзала она на сиденье.

— Катя, постарайся понять: отныне все твои проблемы — это и мои проблемы. Не обижай меня своим молчанием."

"— Хорошо.