Миг бесконечности. Том 2

— Ну что там? — спросила Катя.

— Кардиограмму будут делать. Меня выпроводили из комнаты, — вздохнула она, подошла к мойке, открыла дверцу над головой, достала чистую чашку и налила себе воды из краника с фильтром. — Слава Богу, успели! Нина Георгиевна вроде пока ничего, неплохо держится. И разговаривает нормально. Подождем, что доктор скажет.

— Ты не знаешь, сколько ему корма сыпать? — кивнула на пса Катя. — Мне кажется, он голодный.

— А он всегда голодный. Еще тот попрошайка! — со знанием дела усмехнулась Зина. — Немножко совсем насыпь, буквально пригоршню.

Собаки ведь меры не знают. Сколько дашь, столько и умолотят.

— Надо же! У моей подруги кошка, так у той всегда корм в миске лежит. Подойдет, погрызет немножечко и отойдет.

— Так то кошка! — заметила Зина и прислушалась. — Кажется, меня зовут? Я пошла.

На сей раз ее возвращения пришлось ждать долго. Покормив Кельвина и не зная, чем еще заняться, Катя присела на табуретку. Быстро проглотив корм, пес сам предложил ей новое занятие.

«Какая же эта жизнь затейница! — подбрасывая мячик, за которым весело прыгала собака, раздумывала она.

 — Зашла в офис с одним делом, а вышла совсем с другим. Вот сижу в квартире его мамы и играю с собакой… Кто бы вчера сказал, не поверила бы!»

— Катя, иди сюда! — наконец позвали и ее.

Стоило открыть дверь, как Кельвин, опередив своего сторожа, прошмыгнул между ног и с лаем помчался в комнаты.

В прихожей Катю перехватила Зина.

— Прямо не знаю, как быть, — посетовала она. — Доктор сказал, что кардиограмма вроде неплохая, но советует лечь в больницу.

А Нина Георгиевна ни в какую! Мол, недавно выписалась, сделайте укол и точка. Говорит, просто забыла с утра таблетки выпить. Чувствую, что обманывает, но не силком же ее туда везти? Посоветуй чего…

— А Александр Степанович не перезвонил?

— Нет пока. Может, ты с ней поговоришь? — умоляюще посмотрела Зина.

— Ну хорошо, — согласилась Катя и неуверенно добавила: — Если это что-то решит.

— Здравствуйте! — зайдя в комнату, поздоровалась она с лежавшей на кровати женщиной.

Рядом в кресле сидел доктор и что-то записывал.

— Значит, ситуация такая, — оторвался он от писанины. — Больная категорически отказывается от госпитализации. Кардиограмма ничего страшного не выявила, давление уже начало снижаться. Так что можно, конечно, понаблюдать ее дома. Но одну ее я оставить не могу. Если картина ухудшится, без госпитализации не обойтись. За ней есть кому присмотреть? — обратился он к стоявшим в дверях женщинам.

— Ой, я не могу.