Михаил II

С большим облегчением я прекратил телефонный мазохизм и отправился на обед. При этом думал, что, слава богу, не дал команду, чтобы обед подали в кабинет. А сначала перед телефонным марафоном хотел это сделать. Тогда меня остановило только то, что в два часа должен был прибыть с визитом военный министр Шуваев. Предстояло уговорить его принять пост главнокомандующего. Дело было важное, и не хотелось, чтобы он застал меня обедающим в кабинете. Даже если и потороплюсь с обедом, Шуваев может увидеть официантов, выносящих из кабинета царя использованную посуду.

Уж лучше задержаться в столовой, чем военный министр заметит такое поведение русского царя в быту. Я же помазанник Божий, а значит, и вести себя должен соответственно. Одним словом, сегодняшний обед явился спасителем моего рассудка, слухового аппарата и голосовых связок. И даже то, что я после обеда встречаюсь с министром Шуваевым для важного разговора, меня после испытанных мучений ничуть не напрягало. Лучше уж два часа самого тяжёлого разговора с живым человеком, чем выслушивать в телефонной трубке непотребные звуки, пытаясь в своём мозгу разложить их на осмысленные человеческие фразы.

Наверное, поэтому я принял Шуваева в хорошем расположении духа. А так как во время телефонных разговоров приходилось говорить кратко и по существу, то, как только военный министр вошёл в кабинет, сразу же, без предварительной обработки, взял, как говорится, быка за рога, заявив:

– Дмитрий Савельевич, я доволен тем, как вы поставили работу в Военном министерстве.

Будучи ещё командиром корпуса, читал стенограмму вашего выступления на заседании Думы. Цифры роста вооружения за время руководства Военным министерством впечатляют. Понравились мне и слова, в которых вы выразили полную уверенность старого солдата, что «мы не только должны победить, мы победим, победим во что бы то ни стало. Нет такой силы, которая могла бы одолеть русское царство». Вот я и хочу предложить вам пост главнокомандующего русской армией.

– Ваше величество, но я же не стратег и командовал воинскими частями ещё до войны. Мой потолок на командных должностях – в 1908 году командир 2-го Кавказского армейского корпуса. В битвах этой войны не участвовал. Специфику современных военных действий не знаю. Как был интендант, так, в принципе, руководя Военным министерством, интендантом и остался.