Что о его «шалостях» узнает Зойка… А она непременно узнает, ведь по логике, когда об этом узнает Денис, его обязательно замкнёт на почве уязвлённого авторитета, и он и близко меня к Олимпу больше не подпустит, и плевать бы он хотел на контракт!
А ведь у нас на конец мая намечалась фитнес-конференция в Москве! И хотя Денис ещё не дал добро на поездку, а сказал только невнятное: «Посмотрим!» – я уже ждала и готовилась. Даже начала подгребать хвосты в технаре, чтобы заранее разделаться со всеми зачётами. Галина Николаевна запугивала меня грядущими семичасовыми фитнес-марафонами и с фанатичной строгостью гоняла на тренировках, а я, вместо того чтобы испугаться и сдаться, старалась изо всех сил и даже похудела в талии на три сантиметра.
И вот теперь это всё качалось на подломленной ножке!
Вот и спрашивается – говорить Денису или подождать? Зачем я Панину, такая замороченная, ну? Может, забудет, если не отсвечивать? Если спустить на тормозах.
Ох, бли-и-ин… А ещё ведь Макс! Я верила, что он будет молчать. Должен.
Нет, ну правда, что плохого я ему сделала, чтобы он мог решить сдать меня Денису? К тому же – он и сам бухал со мной, и я не уверена, что это нормально для водилы, м? Да и работает он теперь как бы на меня, разве нет?"
"А я конечно дура, что тут и говорить. Просто слов нет. Савченко, блин… Ну вот с какого хрена?! И главное – предательски так, когда я в коматозе и не контролирую себя. Может, совесть мучает? Скорее всего. Интересно, он обиделся тогда у стадиона, когда я, вместо того чтобы хотя бы кивнуть ему «привет!», прыгнула в машину к Максу? Ну, допустим, обиделся, а мне-то что? Я ему ещё в «Короне» сказала нет.
Вот и теперь – нет. И всегда – нет! И хватит уже, блин, мерещиться мне попьяни!
Хотя, когда сидела в темноте под телефонной полочкой, позвонить-то захотелось именно ему.
Да, но и сидела-то я под этой полочкой не просто так! Я была, мягко говоря, расстроена! Денис, блин… скотина.
Но скотина не скотина, а мне так хотелось, чтобы он заявился прямо сейчас! Пусть внезапно.
И пусть даже спалит моё похмелье. Пусть видит, что бывает со мной без него. Я бы всё ему высказала – и о его рыбалке, и о визжащих бабах, и о своём одиночестве. И о том, что вот это его «мои люди – твои люди» всё равно ни хрена не работает в нужный момент, потому что…
Блин. Панин!
Эти мысли шли по кругу, голова трещала, несмотря на уже вторую таблетку аспирина и казалось, что стены квартиры сжимаются… И как ни странно, из этого состояния меня вывела Боярская.
