Милая пленница

Александра как зачарованная смотрела на сцепившихся мужчин, на их напряженные тела, перекатывающиеся по мокрой траве…

Какой-то звук в противоположной стороне привлек ее внимание, и, обернувшись, Александра увидела другого мужчину, тоже с пистолетом, огибавшего дальний угол сарая и направлявшегося прямиком к дерущимся.

В отчаянии она озиралась по сторонам, прикидывая, велики ли ее шансы скрыться. Но тут же поняла, что шансы эти без Хоука равны нулю. Она невольно повернулась и осмотрела внутренность сарая в поисках какого-нибудь оружия, но она прекрасно знала, что уже использовала свой единственный выстрел.

Шаги за стеной стали громче. И тут взгляд девушки упал на открытую седельную сумку — из нее торчал ствол пистолета… «Пистолет, — радостно подумала она, — отлично! Так, значит, Хоук все же не решился забираться в такую глушь безоружным».

Девушка бесшумно отошла от двери и осмотрела пистолет. Он был великолепен — с серебряным прикладом и казенником. Но что было куда более важно — он был заряжен, и, кроме того, в сумке лежал небольшой ящичек с пулями и капсюлями — выстрелов на тридцать, не меньше, прикинула Александра.

— А ну, оставь его! — приказал хриплый голос возле сарая. Александра осторожно направилась обратно к двери.

— Нам, ваша светлость, велено доставить вас в любом виде, хоть живым, хоть мертвым. Так что лучше не дергайтесь, — сказал вновь появившийся бандит.

Александра оглядела открывшуюся ей сцену. Второй бандит, высокий и тощий, стоял в каких-нибудь трех футах от нее; он нервно сжимал пистолет, требуя, чтобы Хоук отпустил его сообщника.

 — Ну же, черт побери! Я повторять не стану!

Хоук весьма неохотно отпустил рябого, который тут же, вскочив на ноги, постарался оказаться вне пределов досягаемости герцога.

— Ну, связывай его да давай убираться отсюда, пока отлив не начался!

Хоук тут же снова бросился вперед и свалил рябого на землю.

Тощий, стоявший неподалеку от Александры, злобно выругался и приготовился стрелять. Но через мгновение пистолет из его руки вышибло выстрелом Александры.

Он резко обернулся, и на его лице отразились страх и удивление. А потом он бросился бежать к утесу над берегом, и его рябой компаньон лишь на несколько шагов отставал от него.

Хоук, злой и мрачный, пытался приподняться. Его лоб избороздили глубокие морщины, он явно страдал от сильной боли. Наконец он встал, покачиваясь, и Александра увидела сбоку на его белой рубашке расплывающееся красное пятно.