Милая пленница

После его смерти все дела пришли в полный упадок, и, что было хуже всего, человек, бывший доверенным лицом лорда, исчез, оставив Александру практически без средств к существованию.

Подобные события привели бы другую женщину в полное отчаяние, но Александра была покрепче. Она никогда не сожалела о том, что ей пришлось вырасти в Индии, хотя их жизнь с отцом была неприкаянной и неустроенной. Но зато это были богатые событиями, интересные годы, и Александра научилась полагаться только на саму себя…

Впервые это умение пригодилось ей после того, как случилось несчастье во время верховой прогулки.

Она упала с лошади и покалечила себе ногу. «Плохи дела, — сказал тогда их полковой врач, состроив кислую физиономию. — Лодыжка никогда не станет уже по-настоящему здоровой. И чем больше девушка будет ходить, тем хуже будет себя чувствовать».

Но Александре и в голову не пришло признать себя инвалидом. Втайне от отца она попросила свою айю привести местного лекаря, чтобы узнать его мнение. «О да, — сказал тогда морщинистый темнокожий человек, — лодыжка уже не станет прежней, но есть много способов сделать ее крепче.

Да, много, много способов».

Так начался долгий период непрестанных упражнений и массажа, в результате которых лодыжка Александры заметно окрепла. Девушка уже могла спокойно ходить, и хромота становилась заметной только при сильном переутомлении. К семнадцати годам Александра превратилась в прекрасную и своенравную женщину, уверенную в собственных силах. Она не боялась ничего.

Ничего, кроме дьявольского огня, подумала Александра, ощущая, как по спине пробежал легкий холодок.

Кроме тех яростных сполохов огня, что проносились по горячим равнинам перед наступлением прохладного сезона дождей.

— Дьявольский огонь! — говорила айя при виде штормовых вспышек, пугавших ее юную подопечную. И тогда Александре было достаточно почувствовать объятия теплых рук старой няни, чтобы успокоиться. Но так было лишь до Веллуру.

До того, как пришел Ужас.

Удушающая жара. Тошнотворный запах крови…

Рассердившись на себя, Александра встряхнула головой, отгоняя страшные картины — те, что оставались в ее памяти, когда она с криком просыпалась от мучивших ее по ночам кошмаров.

Но ей никогда не удавалось выиграть эту битву, потому что она не встречалась лицом к лицу со своим врагом; по утрам она могла вспомнить лишь обрывки снов…

Александра на мгновение прикрыла глаза рукой. «Соберись с мыслями, возьми себя в руки, — резко приказала она себе. — В Англии не дуют муссоны.