Милая пленница

Он наслаждался зрелищем бледных безупречных плеч, а потом медленно перевел взгляд ниже, где из-под сорочки показались пышные выпуклости грудей, обещавшие ему несказанное наслаждение… Темные соски дразнили его… они чуть сжались от прикосновения прохладного влажного воздуха…

Женщина казалась более утонченной, чем Изабель, сохранившаяся в его памяти, и кожа ее была нежнее и прозрачнее, она походила на шелк, пронизанный бледно-голубыми нитями… Видимо, годы, проведенные вдали, изменили жену так же, как они изменили и его самого.

Но больше Хоуксворт не в состоянии был размышлять об этом, потому что в его чреслах снова вспыхнуло желание. Он снял платье и сорочку с расслабленного тела жены, и пальцы его двигались быстро и осторожно, словно он касался раскаленного металла. Полуприкрыв глаза, он наблюдал, как ее руки вцепились в покрывало, стискивая шерстяную ткань, а губы шевельнулись, беззвучно произнося что-то.

Когда же через несколько мгновений все ее тело открылось взгляду Хоука, он задохнулся при виде его совершенства.

Да, женщина была много прекраснее, чем ему помнилось… ее талия была тоньше, бедра пышнее, а треугольник курчавых волос был чуть темнее, чем золото на голове. Хоук скривился, проклиная желание, заставившее закаменеть его мужское естество.

Она всегда отлично знала, как пробудить в нем желание… желание, которое сама она презирала, но использовала в своей вечной войне с мужем…

Теперь он намеревался пробудить желание в ней самой.

Но сейчас, когда он видел ее слабую улыбку и ее изумительное тело, решимость в нем опасно пошатнулась.

Он колебался, охваченный неожиданным отвращением к тому, что намеревался сделать… но он сумел справиться с собой.

С этой мукой необходимо покончить, и поскорее, или он не сможет поручиться за себя, и кто знает тогда, какое насилие над ней он окажется способным совершить…

Нет, теперь он просто не может повернуть назад.

Глаза Хоука мерцали, как замерзшая сталь, когда он наклонился над женщиной и снова уловил нежный аромат жасмина, исходящий от ее кожи.

Не открывая глаз, она вдруг потянулась к нему, ища тепла. Ее пальцы скользнули в его ладонь, и она довольно вздохнула. «Хорошо, — подумал Хоук, — очень хорошо». Похоже, все будет легче, чем ему представлялось.

Но он не учел яростного желания, пробужденного ее прикосновением… Утратив способность думать, он наклонился и коснулся губами ее губ. Ее рот был мучительно сладостным, и через мгновение ее губы раскрылись навстречу его ищущему языку.